Кто-то разливал вино по бокалам.
Другие фотографировали праздничный торт.
Мне хотелось верить, что большая часть присутствующих просто не обратила внимания на неприятный разговор.
Однако Игорь совершенно точно всё слышал.
Я заметила, как он опустил глаза в тарелку и предпочёл промолчать.
Впрочем, подобное поведение мужа давно перестало меня удивлять.
Всякий раз, когда возникала необходимость поговорить с матерью о её отношении к Даниле, Игорь выбирал молчание.
Вскоре официанты подали горячие блюда, и разговоры гостей переключились на угощения.
Я наконец позволила себе немного расслабиться.
Решила, что самое неприятное уже произошло и оставшаяся часть вечера пройдёт спокойно.
Данила тем временем снова оживился, начал общаться с двоюродным братом и, казалось, совершенно забыл о странном распределении подарков.
Но я продолжала мысленно возвращаться к сказанному.
За сегодняшний вечер свекровь уже несколько раз подчеркнула, кто из детей для неё родной, а кто нет.
Впервые это прозвучало, когда она распределяла места за столом.
Второй раз — во время вручения подарков.
И меня не покидало тревожное ощущение, что на этом дело не закончится.
Подобные предчувствия появляются не на пустом месте.
Они возникают после множества похожих ситуаций, которые человек вынужден переживать снова и снова.
Я вспомнила прошлогодний семейный праздник, когда Данилу точно так же отделили от остальных детей.
В памяти всплыл и Новый год, когда для него организовали отдельное место возле игрушек, пока остальные внуки сидели рядом с бабушкой.
Тогда я тоже предпочла промолчать.
Мне не хотелось становиться причиной семейной ссоры и разрушать праздничное настроение.
С Валентиной Петровной мы знакомы уже восемь лет.
Ровно столько времени я состою в браке с её сыном.
И на протяжении всех этих лет она регулярно находила возможность подчеркнуть, каких внуков считает настоящими членами своей семьи.
Поначалу я объясняла её отношение возрастом, привычками и особенностями характера.
Надеялась, что со временем всё наладится.
Что она постепенно привыкнет к Даниле и перестанет проводить различия между детьми.
Но годы шли, а ситуация не становилась лучше.
Напротив, с каждым новым семейным торжеством её замечания звучали всё увереннее и обиднее.
Официанты тем временем убрали использованную посуду и принесли десерт.
Кусочки торта аккуратно разложили по небольшим тарелкам.
Данила снова увлёкся своей раскраской и старательно закрашивал небо синим карандашом.
Глядя на него, я почувствовала некоторое облегчение.
Мне хотелось верить, что сын не осознал всей жестокости бабушкиных слов.
Валентина Петровна тем временем спокойно беседовала с родственниками о ремонте на даче.
По её поведению невозможно было догадаться, что совсем недавно она обидела собственного внука.
Один из гостей поинтересовался успехами детей.
Свекровь с удовольствием принялась перечислять достижения двух старших мальчиков.
Рассказывала об их учёбе, увлечениях и различных успехах.
Но о Даниле не вспомнила ни единого раза.
Словно моего сына вообще не существовало.
Я намеренно старалась не смотреть в сторону Валентины Петровны.
Боялась, что не выдержу и снова начну выяснять отношения прямо при гостях.
Игорь тоже сохранял молчание.
Он разливал чай по чашкам и, судя по всему, надеялся, что неприятная тема окончательно забудется.
Ведь гораздо проще сделать вид, будто ничего особенного не произошло, чем попытаться защитить собственного ребёнка.
Ближе к завершению праздника гости начали подниматься из-за стола.
Кто-то решил немного пройтись по залу.
Другие потянулись за оставшимися десертами.
Именно в этот момент Данила неожиданно подбежал к бабушке, держа в руках лист бумаги.
Оказалось, весь вечер он старательно рисовал для неё красивый цветок и ждал подходящей возможности вручить свой подарок.
— Бабушка, смотри, это тебе! — радостно произнёс мальчик.
Он протянул Валентине Петровне рисунок и потянулся к ней, собираясь обнять.
Но свекровь демонстративно отстранилась.
Затем взяла листок двумя пальцами, словно боялась испачкаться.
— Ну, спасибо, конечно, — сухо произнесла она. — Только обниматься я буду со своими настоящими внуками. За столом место лишь родным внукам, солнышко. Ты уж не обижайся.
Эти слова прозвучали достаточно громко, чтобы их услышали все восемнадцать человек, находившихся в зале.
Данила застыл перед бабушкой с поднятыми руками.
Он явно не понимал, что должен делать дальше.
Кто-то из родственников неловко кашлянул.
Несколько гостей поспешно отвели глаза.
А у меня в одно мгновение похолодели руки.
Я немедленно поставила бокал на стол, опасаясь, что от напряжения пальцы просто перестанут его удерживать.
Ещё несколько секунд назад я надеялась, что праздник всё-таки удастся завершить без открытого конфликта.
Мне казалось, что десерт, поздравления и дружеские разговоры помогут всем забыть неприятную историю с подарками.