Запах керосина, машинного масла и стеклянной пыли обычно успокаивал его. Здесь всё было понятно: существовал чертёж, имелся материал и в конце получался конкретный результат.
Стекло не умело притворяться.
Если ошибиться даже на миллиметр, оно обязательно лопнет.
С людьми всё было гораздо сложнее.
Слова Ларисы снова и снова звучали у него в голове.
«Обноски».
«Ты же мужчина».
«Это твой родной племянник».
Сестра всегда умела давить на самое больное место. В детстве она выпрашивала у него конфеты, в юности просила деньги на развлечения, а теперь научилась превращать его в постоянный источник финансирования.
Телефон коротко пискнул.
Владимир посмотрел на экран.
Лариса прислала фотографию Глеба. Мальчик стоял в тонкой ветровке посреди осеннего парка и выглядел несчастным.
Под фотографией было написано:
«Мёрзнет и кашляет. Лекарства сейчас стоят безумно дорого. Но ничего, как-нибудь справимся, братик. Ты только не переживай».
Владимир отложил стеклорез.
Ладони стали влажными.
Он почувствовал себя виноватым.
У него был дом, стабильный доход и сын, которого Анюта всегда одевала с иголочки. А там, по другую сторону города, его родная кровь якобы мёрзла в тонкой куртке.
Анюта рассуждала логично.
Но мужчины, убеждал себя Владимир, иногда должны поступать не по логике. Женщины не всегда понимают, что значит братская ответственность.
В обед он поехал не домой, а в торговый центр.
Он направился в тот самый детский магазин, где ценники заставляли посетителей по нескольку раз проверять, не перепутали ли они нули.
Владимир долго ходил между стеллажами, а потом остановился возле тёплого синего комбинезона с меховой опушкой.
Финский.
Новый.
Практически такой же, какой Анюта покупала Павлику год назад.
Только дороже.
— Вам что-нибудь подобрать? — спросила продавщица.
— Да. Самый тёплый комбинезон. Ботинки. Шапку. В общем, полный комплект.
На кассе сумма оказалась значительно больше, чем он рассчитывал.
Личной карты у Владимира почти не было: накануне он закупил материалы для крупного заказа.
Тогда он достал общую кредитную карту, которую они с Анютой хранили для непредвиденных расходов и серьёзных покупок.
Это были деньги их семьи. Их запас на чёрный день.
— Я всё верну, — убеждал себя Владимир, вводя код. — Возьму дополнительный заказ, быстро перекрою расходы. Анюта даже не заметит.
Он старался не думать о том, что именно скрывает от жены.
— Зато Лариса успокоится. Глеб не будет болеть. Я делаю хорошее дело.
Пакеты приятно шуршали в руках.
Владимир чувствовал себя спасителем.
Почти героем.
С Ларисой он встретился на парковке, подальше от дома и любопытных глаз. Всё выглядело так, словно они передавали друг другу что-то запрещённое.
Лариса сияла ярче парковочных фонарей.
— Вовочка! Вот видишь, ты можешь, когда хочешь! — Она поцеловала брата в щёку и тут же принялась перебирать вещи. — Вот это я понимаю — настоящая забота. А то твоя Анька… уж прости, но жадная она. Сама ходит в новом, а нам отдаёт то, что уже не нужно.
— Лара, не начинай, — поморщился Владимир. — Просто забери вещи и носите. Только Ане ничего не говори.
— А что мне ей говорить?
— Скажи, что бывший муж купил. Или что тебе премию дали.
Лариса рассмеялась.
— Мне ещё перед твоей Анютой отчитываться не хватало. Спасибо, братик! Ты у меня самый лучший!
Владимир ехал домой с облегчением.
Он был уверен, что поступил правильно.
Он ещё не знал, что у семейной жизни уже появилась трещина. Сначала почти незаметная, тонкая, как волосок на стекле.
Но такие трещины редко остаются без последствий.
Часть 3. Оперативная разработка
Анюта сидела на кухне, положив перед собой распечатку из онлайн-банка.
Она не следила за мужем и не устраивала проверок без причины. Просто привычка контролировать финансы давно стала частью её характера.
Уведомление о списании пришло не на телефон, а на электронную почту, которую она обычно просматривала раз в неделю.
Сумма была неприятной.
Минус сорок восемь тысяч рублей.
Получатель платежа — магазин детской одежды «Наследник».
Анюта знала, что Павлик полностью одет. Всё необходимое для сезона они купили ещё в августе.
Никаких крупных покупок для ребёнка не планировали.
Вариантов было немного.
Вернее, вариант был только один.
Она не стала сразу звонить Владимиру.
Не стала кричать.
Не начала писать Ларисе.
Анюта включила свой рабочий режим.
Эмоции — в сторону.
Только факты.
В субботу они всей семьёй отправились к родителям Владимира на традиционный обед. Лариса тоже приехала с детьми.
Маленький Глеб бегал по двору в новом синем комбинезоне. На груди блестел логотип известного бренда. Ботинки были из той же серии, которую Анюта выбирала для Павлика.
Лариса сидела за столом, гордо расправив плечи, и накладывала себе салат.
— Глеб так быстро растёт, пришлось снова раскошелиться, — громко говорила она свекрови. — Но что поделать? На детях экономить нельзя. Купила ему самое лучшее. Бывший, наконец, совесть вспомнил и помог.