— Ну же, подойди сюда. Не бойся. Вика, перестань разыгрывать спектакль — люди уже на нас оборачиваются.
Из-за сильного ветра голос Анатолия звучал приглушённо, но раздражение в нём было невозможно не заметить. Муж стоял у самого края деревянного пирса, засунув одну руку в карман лёгкой ветровки. Во второй он держал новенький смартфон, купленный всего неделю назад, и старательно выбирал подходящий ракурс.
Вика нервно переминалась с ноги на ногу. Доски под кроссовками слегка прогибались и пружинили. До края пирса оставалось около трёх метров, но для женщины преодолеть это расстояние было всё равно что шагнуть в бездонную пропасть.
Внизу под почерневшими от постоянной сырости досками медленно двигалась река. Вода выглядела мутной и тёмно-серой, а от поверхности поднимался тяжёлый запах гниющих водорослей. Никакого ограждения не предусматривалось — современное городское благоустройство, модный минимализм.
— Я лучше подожду тебя здесь, — как можно спокойнее ответила Вика, стараясь не опускать взгляд.
— Только не раздражай меня. Ты весь снимок портишь. Подойди, я хочу нормально сфотографировать нас на фоне реки и моста. У этого телефона камера стоит двести тысяч, а мне приходится снимать твоё недовольное лицо с другого конца пирса.
— Толя, я не стану подходить ближе. Ты прекрасно знаешь, что я боюсь воды.
Анатолий опустил смартфон.
На его лице появилась знакомая насмешливая гримаса. Обычно он так улыбался во время встреч с приятелями, прежде чем начать рассказывать очередную «смешную» историю о странностях собственной супруги.
— Взрослая женщина, а ведёшь себя как ребёнок, испугавшийся чудовища под кроватью. Это обыкновенная вода, Вика. Аш-два-о. Она не выпрыгнет из реки и не схватит тебя за ногу.
Он направился к жене.
Вика машинально попыталась отступить, но позади находилась бетонная ступень набережной. Дальше двигаться было некуда.
С первых лет их брака её страх служил Анатолию неиссякаемым источником снисходительных шуток.
Вика панически боялась любых открытых водоёмов.
В семилетнем возрасте она едва не утонула в деревенском пруду, запутавшись ногами в подводных корягах. Сам ужас того дня со временем немного стёрся, но женщина до сих пор помнила невозможность сделать вдох, тяжесть грязной воды внутри лёгких и абсолютную беспомощность.
Несколько лет назад она обращалась к психотерапевту. Специалист помог избавиться от мучительных ночных кошмаров, однако панический страх перед глубиной сохранился.
Анатолий лишь посмеялся, увидев счета за консультации. Он заявил, что «модные мозгоправы выкачивают деньги из доверчивых полоумных тёток».
По мнению мужа, любую фобию можно было победить логическими доводами и силой воли.
— Послушай меня, — Анатолий подошёл совсем близко и схватил её за локоть.
Его пальцы больно впились в руку даже сквозь ткань тонкого летнего кардигана.
— Мы приехали сюда отдохнуть. У меня первый свободный день за две недели. Я хочу спокойно выпить кофе, сделать несколько красивых фотографий и хорошо провести время, а не уговаривать тебя часами пройти несчастные два метра.
— Отпусти меня, — Вика попробовала высвободить руку. — Фотографируй что угодно. Я тебе не мешаю. Просто останусь здесь и подожду.
— Нет, ты пойдёшь вместе со мной. Такие страхи нужно выбивать клином.
Он резко потянул жену на себя.
Вика споткнулась, утратила равновесие и была вынуждена сделать несколько быстрых шагов прямо к краю деревянного настила.
До воды теперь оставалось меньше метра.
Грудь моментально сдавило. Воздух сделался вязким и плотным, словно вата. Перед глазами поплыли серые пятна, а завывание ветра превратилось в тяжёлый непрерывный гул.
Начиналась паническая атака.
Она накатывала удушливой волной, лишая возможности нормально дышать и двигаться. Тело Вики словно окаменело и перестало ей подчиняться.
— Посмотри, — произнёс Анатолий, стоявший у неё за спиной почти вплотную. — Ничего ведь не происходит. Стоишь? Стоишь. Никто не умер. Сейчас достану телефон, сделаем селфи и пойдём покупать твой дурацкий латте. Подержи пока.
Он сунул жене картонный стаканчик с кофе, а сам полез во внутренний карман за смартфоном.
Вика продолжала смотреть вниз.
Вода глухо ударялась о сваи, издавая неприятные чавкающие звуки. Женщине мерещилось, что весь пирс раскачивается под её ногами. Пальцы, сжимавшие стакан, побелели от напряжения.
— Толя, мне очень плохо. Я сейчас упаду, — едва слышно сказала она, чувствуя, как немеют губы.
— Только не начинай очередное представление. Упадёт она! Знаешь, как лечат паникёров и учат людей плавать?
Он коротко и весело рассмеялся.
А затем Вика почувствовала толчок.
Две ладони упёрлись ей между лопаток.
Это был не сильный удар, а точное и уверенное движение вперёд. Шуточное. Поучительное. Такое, после которого она, по замыслу мужа, должна была понять всю нелепость своего страха.
Опора исчезла из-под ног.