— Ну же, Денис, открой рот пошире! Вот так, молодец. Жуй как следует, не ковыряйся. Это тебе не жидкая водичка и не зеленая трава, которой тебя кормят целыми днями. Настоящая еда — сытная, домашняя, мужская. Пока твоя мамочка по своим делам бегает, хоть нормально поешь, а то от тебя один скелет остался.
Катя застыла в прихожей, не успев стянуть с ноги второй кроссовок. Тяжелый, едкий запах раскаленного масла, подгоревшего лука и жареных лесных грибов ударил в лицо так резко, словно ее толкнули. Он заполнил все пространство квартиры, впитался в стены, шторы и куртки, висевшие на открытой вешалке. Даже воздух казался жирным и вязким.
В их доме подобный запах не появлялся уже больше трех лет. С того самого дня, когда у Дениса обнаружили сильную пищевую аллергию, атопический дерматит и серьезные нарушения работы поджелудочной железы. С тех пор каждая ложка еды проходила строгий контроль, а список разрешенных продуктов висел на дверце холодильника.
Катя бросила обувь на коврик и быстрыми шагами пересекла коридор. Через несколько секунд она ворвалась на кухню.
Увиденное заставило ее сердце болезненно сжаться.
Трехлетний Денис сидел в высоком детском стульчике. Его подбородок и щеки блестели от жира, а на кончике носа темнело масляное пятно. Он медленно пережевывал еду, размазывая липкий коричневый соус по белой столешнице своими пухлыми пальцами.
Напротив него стояла Галина — мать Вовы и Катина свекровь. Женщина держала в руке большую столовую ложку, с которой на пол одна за другой падали тяжелые капли жира.
Перед ребенком стояла глубокая тарелка, наполненная до краев жареным картофелем и крупными кусками темных лесных грибов. Масло стекало по картошке и собиралось на дне желтоватой лужей. На плите продолжала шипеть чугунная сковорода, разбрызгивая жир на кафель и фасады шкафов.
— Вы его грибами кормите?! — закричала Катя. — Ему всего три года! Вы вообще понимаете, что делаете?! Я сколько раз повторяла: у него строгая диета! Вы хотите, чтобы он в больницу попал? Или решили доказать, что лучше меня знаете, чем кормить моего ребенка?!
Она бросилась к столу и отодвинула Галину плечом. Пальцы вцепились в края горячей тарелки. Не сумев сдержать переполнявший ее страх, Катя резко подняла посуду и с силой швырнула ее на пол.
Фарфор разлетелся с оглушительным треском.
Осколки брызнули во все стороны. Жирные куски картофеля разлетелись по кухне и прилипли к светлым фасадам шкафчиков. Один темный гриб ударился о стеклянную дверцу духовки и медленно сполз вниз, оставляя за собой блестящий грязный след.
Денис вздрогнул от грохота, перестал жевать и испуганно втянул голову в плечи.
— Ты совсем с ума сошла?! — взвизгнула Галина, отступая к окну. Она приподняла подол длинной шерстяной юбки, стараясь не испачкать его в масле. — Посуду решила бить в чужом доме? Я ребенку нормальную еду приготовила! Горячую, питательную! Он хоть понял, какой бывает настоящая пища! Вон как ел, за обе щеки уплетал! Потому что голодный постоянно!
Катя не ответила.
Она схватила пачку салфеток, выдернула сразу несколько штук и принялась вытирать сыну лицо и руки. Денис недовольно заерзал, пытаясь отвернуться, но Катя крепко придержала его за затылок, стирая с подбородка жирную пленку.
— Выплюнь сейчас же, — приказала она, поднеся салфетку к его губам. — Выплюнь все, что осталось во рту.
Мальчик послушно разжал рот и выпустил на салфетку недожеванный кусочек картофеля.
— Ой, какая грозная стала! — Галина выставила перед собой ложку, словно собиралась ею защищаться. На ее лице выступили красные пятна. — Командовать научилась! Я ему в первый раз за долгое время нормальное сало с грибами приготовила, а она тут спектакль устроила! Ребенок расти должен, ему силы нужны! А ты его инвалидом делаешь своими выдуманными диагнозами!
Катя резко вытащила Дениса из стульчика и поставила на пол.
— Иди в свою комнату. Сядь на коврик и включи мультики, — сказала она сквозь стиснутые зубы.
Мальчик посмотрел на мать испуганными глазами, а затем медленно пошел в сторону коридора.
Когда его шаги стихли за поворотом, Катя повернулась к свекрови.
Она была бледной, почти белой. Только на скулах ходили напряженные желваки.
Катя не стала продолжать спор сразу. Подошла к плите, повернула ручку конфорки и выключила газ. Затем переставила тяжелую сковороду на холодную часть плиты. Шипение масла постепенно ослабло, но над кухней еще долго висел сизый чад.
— Вы понимаете, что лесные грибы опасны для маленького ребенка? — отчеканила Катя. — У его организма недостаточно ферментов, чтобы нормально справиться с такой пищей. А вы еще пожарили их в жире и смешали с картофелем. Для его желудка и поджелудочной это огромная нагрузка.
— Ну конечно, — язвительно протянула Галина. — Слушайте, какие умные слова она выучила: ферменты, поджелудочная. Начиталась в интернете и теперь решила, что стала врачом. Мы раньше ничего этого не знали и прекрасно жили. Я троих сыновей вырастила на сале, картошке и грибах. Все здоровые, крепкие, работают, семьи имеют. А ты из Дениса комнатное растение делаешь!