Часть первая. Юбилей
Банкетный зал рассчитали на двадцать восемь гостей, однако собралось сорок. Виктору Степановичу нравилось, когда вокруг тесно, громко и многолюдно. Он встал во главе длинного стола, двумя пальцами удерживая бокал, и принялся ждать тишины. Разговоры стихли не сразу, что заметно его раздражало.
— Так, все сели, — потребовал он. — Сейчас я буду говорить.
Его сын Андрей находился с краю рядом с женой Ниной. Он заранее понимал, чем закончится отцовская речь. Знал это так же точно, как собственный размер обуви. Под столом Нина положила ладонь поверх его руки.
— Вот мне и шестьдесят, — начал Виктор Степанович. — Большая часть жизни прожита, можно подводить итоги. А главный результат мужчины — это его дети. Смотрю на Лену и понимаю: жил не напрасно.
Дочь улыбнулась и поправила причёску. Справа от неё сидел Олег — крупный, невозмутимый мужчина в дорогом пиджаке. Их дети, Кирилл и Соня, без интереса ковыряли вилками салат и ждали, когда принесут десерт.
— Лена у меня умница, — продолжал юбиляр. — И муж у неё серьёзный. Собственный дом, хорошая машина, дети учатся в частной школе. Вот это настоящий результат. Вот такую жизнь я понимаю.
— Папа, перестань, мне уже неловко, — со смехом сказала Лена.
— Нечего стесняться, — отрезал отец. — Я говорю правду. А теперь перейдём ко второму ребёнку.
Андрей опустил глаза в тарелку. Нина почувствовала, как напряглись его пальцы.
— Есть у меня и сын Андрей, — громко объявил Виктор Степанович. — Ему скоро сорок. Занимается игрушечными домиками. Макетами он это называет. Делает для музеев и выставок. Клеит куски картона и считает, что есть чем гордиться.
За столом кто-то тихо усмехнулся. Остальные демонстративно занялись едой.
— Отец, это твой праздник, — сдержанно произнёс Андрей. — Давай сегодня обойдёмся без оценки моей жизни.
— Разве я сказал неправду? — Виктор Степанович развернулся к нему всем корпусом. — Квартира съёмная. Автомобилю десять лет. Детей нет. Жена тоже специалист по картонкам.
— Нина создаёт рельефные книги и тактильные модели для детей, которые не видят, — объяснил Андрей. — В сентябре она получила за свою работу медаль на выставке.
— Медаль, говоришь? — с удовольствием переспросил отец. — Положите её в холодильник. Зимой съедите, когда денег не будет.
Нина расправила плечи. Ей хотелось ответить жёстко, но она прекрасно знала, что в этом доме любое её слово будет весить втрое меньше отцовского.
— Виктор Степанович, поздравляю вас с юбилеем, — спокойно сказала она. — Желаю, чтобы в жизни появлялось как можно больше разных поводов для гордости.
— У меня уже есть один, — он кивнул на дочь. — Зато проверенный и надёжный.
Лена поднялась с бокалом и почти ласково посмотрела на брата.
— Андрюша, только не обижайся. Папа выражается резко, но по существу. Ты выбрал дело для удовольствия. А когда есть семья, нужно выбирать работу, которая приносит деньги.
— У меня и дело для души, и настоящая работа, — ответил Андрей. — Просто моя семья ведёт себя немного тише вашей.
— Посмотри на Олега, — снова вмешался отец. — Сам всего добился. Склады, логистический бизнес, двадцать сотрудников в подчинении. А ты всю жизнь дышишь клеем.
Олег недовольно поморщился и опустил бокал.
— Виктор Степанович, может, не стоит продолжать?
— Вот видишь! — торжествующе воскликнул юбиляр. — Даже Олегу тебя жалко.
Андрей поднялся. Нина ожидала, что сейчас он сорвётся на крик, но муж лишь застегнул пиджак.
— С юбилеем, отец. Желаю тебе прожить долго. Наш подарок стоит на подоконнике, в деревянной коробке.
— Что там, очередной игрушечный дом? — усмехнулся Виктор Степанович.
— Там дом, в котором ты вырос. Тот, что стоял в Кольцовке. Я делал его по старым фотографиям почти полгода. С колодцем, крыльцом и рябиной возле забора.
За столом внезапно стало тихо. Виктор Степанович подошёл к коробке, открыл крышку и долго смотрел на миниатюру. Потом закрыл и поставил подарок на соседний стул.
— Картонный домик, — наконец произнёс он. — Ну, спасибо.
Через двадцать минут Андрей и Нина ушли. В лифте она прижалась плечом к мужу.
— Он всё рассмотрел, — сказала Нина. — Всё понял и увидел. Просто иначе разговаривать не умеет.
— Умеет, — возразил Андрей. — С Леной прекрасно умеет. А со мной просто не хочет.
Часть вторая. Дедушкина квартира
В семье Нины звучала похожая песня, только слова были другими. Исполняла её мать, Людмила Аркадьевна, а припев оставался неизменным уже четвёртый год.
— Ниночка, когда ты собираешься к деду? — спросила она по телефону в четверг. — Он сегодня о тебе вспоминал.
— Поеду в субботу. Заказала ему лекарства и сделала рельефный календарь. У деда сильно ухудшается зрение.
— Календарь, — тяжело вздохнула мать. — Лучше бы денег привезла. Вот Юля в ванной ему ремонт организовала.
— Юля ремонт делает для деда или заранее готовит квартиру к продаже?
— Что за глупости ты говоришь! — голос Людмилы Аркадьевны стал высоким. — Юля о нём заботится, в отличие от некоторых.