«Ты назвал меня тупой овцой перед своими друзьями? Может, напомнить тебе, на чьи деньги мы живём все эти годы?» — спокойно спросила жена, поставив мужа на место.

«Он у нас не появлялся. Паша велел ему ехать к брату. Как ты там?»

Впервые за весь вечер Оксана искренне усмехнулась.

«Всё нормально. Спасибо».

Инга ответила почти мгновенно:

«Ты сегодня всё сделала правильно».

Оксана перевернула телефон экраном вниз и принялась убирать со стола.

Посуду она относила на кухню не торопясь. Бокалы и столовые приборы аккуратно складывала возле раковины, действуя почти механически.

Казалось, с каждым убранным предметом она возвращала себе ещё немного собственного пространства.

Ночью Андрей позвонил ещё семь раз.

Позднее начала названивать его мать, Галина Степановна. Оксана не отвечала.

Под утро от свекрови пришло длинное сообщение:

«Женщина должна быть мудрее. Андрей вспыльчивый, но в душе добрый. Нельзя разрушать семью из-за одной неудачной фразы».

Оксана дочитала текст и временно заблокировала номер.

Не навсегда. Просто ей наконец хотелось спокойно выспаться.

Утром она проснулась довольно рано, несмотря на поздний отход ко сну.

Солнце уже ярко светило в окна, на кухне стояла духота.

Оксана умыла лицо прохладной водой, собрала волосы, надела обычную футболку и вызвала мастера по замкам.

Без громких заявлений, показательных сцен и обсуждений с соседями.

Специалист приехал примерно через час, быстро заменил оба замка и передал ей новые ключи. Оксана проверила, как они работают, рассчиталась и убрала связку в сумку.

Затем включила ноутбук и написала своему юристу.

Коротко, исключительно по существу: супруг покинул принадлежащую ей квартиру, общих детей нет, добровольно разводиться он, вероятно, не согласится, поэтому необходимо подготовить документы для обращения в суд.

К письму она приложила сведения об имуществе, документы на недвижимость и собственные записи о последних событиях.

Около одиннадцати утра Андрей снова появился у входной двери.

Сначала позвонил один раз.

Затем постучал.

После этого снова нажал кнопку звонка, теперь уже надолго.

— Оксана, открывай! — донеслось с лестничной площадки. — Прекращай устраивать этот цирк!

Она подошла к двери, но открывать не стала.

— Говори отсюда. Я тебя прекрасно слышу.

— Ты что, замки поменяла?!

— Да.

— Совсем ненормальная?!

— Ты приехал за оставшимися вещами?

— Я пришёл к себе домой!

— Квартира принадлежит мне. Вчера ты собрал самое необходимое и ушёл. Остальное заберёшь в согласованное время. Я приглашу свидетеля, чтобы потом не возникло никаких споров.

Снаружи раздался глухой удар ладонью по стене.

— Я сказал, открывай!

Оксана взяла телефон и отчётливо произнесла:

— Если продолжишь кричать и колотить в дверь, я обращусь в полицию.

На площадке стало заметно тише.

Андрей прекрасно понимал: теперь жена не пыталась его напугать. Она просто предупреждала о своих дальнейших действиях.

— Думаешь, суд тебе поможет? — зло спросил он. — У меня тоже имеются права!

— Право обратиться в суд у тебя, конечно, есть. Но квартира досталась мне по наследству до брака.

— Я здесь столько лет прожил!

— Потому что мы жили здесь вместе. Но это не делает квартиру твоей собственностью.

Он замолчал.

Затем заговорил совершенно другим голосом — мягким, почти ласковым.

— Оксан, ну открой дверь. Давай спокойно всё обсудим. Я вчера сорвался. Друзья, алкоголь, жара… Ляпнул глупость. Ты же понимаешь, что я ничего такого не хотел.

Оксана на секунду закрыла глаза.

Вот и началась первая попытка вернуть всё на прежние места. Настолько предсказуемая, что даже не вызывала удивления.

— Андрей, ты не случайно оговорился. Ты годами привыкал обращаться со мной подобным образом. Вчера просто произнёс оскорбление слишком громко.

— Я же могу извиниться!

— Одних извинений теперь недостаточно.

— Да сколько можно! Всё из-за одной фразы?!

Оксана приоткрыла дверь, оставив её на цепочке.

Андрей стоял на площадке помятый, раздражённый, с покрасневшими глазами. Ни цветов, ни документов, ни сумки для вещей у него не было. Только мобильный телефон.

Значит, он пришёл не за вещами и, похоже, не ради искреннего примирения. Скорее хотел проверить, насколько твёрдо жена намерена придерживаться своего решения.

— Не из-за одной фразы, Андрей, — сказала Оксана. — Из-за того, что ты давно перестал воспринимать меня как человека. Из-за того, что жил на мои деньги, но изображал хозяина положения. Из-за того, что ради смеха приятелей решил публично меня унизить. И главное — из-за того, что даже сейчас тебя беспокоит не собственный поступок, а то, что я посмела тебе возразить.

Андрей крепко стиснул челюсти.

— Ты ещё об этом пожалеешь.

— Это я уже слышала.

Она закрыла дверь.

После этого начался следующий этап конфликта — не такой шумный, зато гораздо более неприятный.

Андрей принялся рассказывать общим знакомым, будто Оксана безжалостно выставила его «на улицу». Уверял, что жена давно искала повод избавиться от него. Намекал, что у неё, возможно, появился другой мужчина.