— Оставь, где лежало, — попросила Нина Фёдоровна. — Не бери грех на душу.
— Я сделаю копию и верну, мам. Обязательно привезу.
Мать осталась сидеть за столом.
Маленькая, ссутулившаяся, она смотрела на сумку дочери с таким выражением, словно там лежало не свидетельство о собственности, а что-то постыдное.
Ночью квартира погрузилась в темноту.
Лишь в коридоре под потолком тускло светился ночник, который Даша до сих пор просила не выключать.
Днём Леонид вёл себя совершенно обычно, словно неприятного разговора на кухне никогда не было.
За обедом даже предложил жене посмотреть вместе какой-то боевик, где герои стреляли друг в друга и постоянно кого-то предавали.
Лариса села рядом на диван.
Улыбалась там, где полагалось улыбаться.
Иногда даже смеялась.
Не потому, что ей действительно было весело.
Просто так было спокойнее, чем объяснять, почему она не смеётся.
Теперь муж крепко спал.
Он лежал на спине, слегка приоткрыв рот, а одна рука безвольно свисала с края дивана.
Лариса осторожно поднялась и направилась к шкафу, где хранились семейные документы.
Дверцу открывала медленно, придерживая рукой, чтобы не скрипнула.
Из нижнего отделения достала папку с бумагами на квартиру.
Там находились договоры, различные справки и документы о доходах Леонида, которые он собирал, когда они оформляли кредит на новую кухню.
Лариса разложила листы прямо на полу.
Направила свет телефона так, чтобы всё было хорошо видно, и принялась фотографировать.
Один документ.
Повернуть.
Сделать снимок.
Проверить, читается ли номер, хорошо ли видна печать.
Следующий лист.
Она действовала спокойно, почти без эмоций.
Руки выполняли привычную работу, как в офисе, когда приходилось сканировать накладные и договоры.
Каждую бумагу Лариса возвращала строго на прежнее место.
Даже разгладила ладонью загнувшийся уголок одного договора.
Она не устраивала беспорядка и ничего не разбрасывала.
Ей нужны были не чужие секреты, а документы, которые помогут разобраться в собственном будущем.
Внезапно на кухне вспыхнул свет.
Лариса подняла голову.
В дверном проёме стояла Даша.
Босая, в растянутой домашней футболке, она смотрела на мать, сидящую на полу среди документов с телефоном в руках.
Несколько мгновений обе молчали.
Из кухни через коридор тянулась светлая полоса.
И в этом тусклом освещении Лариса вдруг поняла, что дочь уже обо всём догадалась.
Не о содержимом папки.
А о том, что происходит между родителями.
Мать не стала оправдываться.
Даша тоже ничего не спросила.
Постояла ещё немного, переступила босыми ногами по холодному полу и вернулась к себе.
Дверь её комнаты закрылась почти бесшумно.
Спустя минуту погас и кухонный свет.
Даша сама выключила его.
Словно молча сказала матери:
«Я всё понимаю. Не буду мешать».
Курсы проходили на противоположном конце города.
Три дня Лариса провела в конференц-зале небольшой гостиницы.
Внимательно слушала преподавателя, записывала важные моменты, поднимала руку, когда знала ответ, и вместе с остальными участниками пила в перерывах растворимый кофе из автомата.
Возле кофейного аппарата она познакомилась с женщиной по имени Оля.
Разговорились случайно.
Выяснилось, что Оля сдаёт комнату в своей квартире.
Её дочь недавно уехала, и теперь одной жить было не только скучно, но и накладно.
— Если вдруг понадобится, можешь иметь в виду, — предложила Оля, размешивая сахар пластиковой палочкой. — Много не возьму. Мне самой веселее будет, когда кто-нибудь рядом.
— А уже с понедельника можно заселиться? — неожиданно спросила Лариса.
Оля чуть внимательнее посмотрела на новую знакомую.
Но расспрашивать не стала.
— Конечно. Хоть с ближайшего понедельника.
Домой Лариса вернулась вовсе не отдохнувшей.
Скорее собранной и внутренне напряжённой, словно три дня занималась тяжёлой физической работой, а не сидела на лекциях.
В прихожей пахло жареной картошкой.
Даша приготовила ужин самостоятельно.
На дверце холодильника, под магнитиком в форме клубники, висел вырванный из тетради клетчатый листок.
На нём знакомым Дашиным почерком с забавными завитушками было написано:
«Ужин получился вкусным (готовила сама). Я с тобой».
Лариса сняла записку.
Прочитала.
Потом перечитала ещё раз.
Она стояла с этим маленьким листочком в руках дольше, чем рассматривала любой из документов за последнюю неделю.
Дольше, чем изучала бабушкину дарственную.
Дольше, чем проверяла бумаги на квартиру.
Её дочь уже приняла решение, хотя никто даже не просил её выбирать сторону.
Лариса аккуратно сложила записку вчетверо.
И спрятала во внутренний карман сумки.
Туда, где лежали самые важные документы.
Юридическая консультация находилась на третьем этаже делового центра.
По соседству располагались нотариальная контора и компания, продававшая пластиковые окна.