Приехав на дачу к свёкрам, Вера застыла от ужаса: её маленькая дочь оказалась запертой в холодной бане.

— Катя, ну пожалуйста, успокойся, — залепетал Рома, торопливо вытирая испачканные руки старой тряпкой. — Пап, вы, конечно, тоже переборщили. Зачем же сразу в баню запирать? Можно было в угол поставить или конфет лишить.

— А ты вообще заткнись, подкаблучник! — взревел Виктор Павлович. — Развел тут вседозволенность! Это мой дом, и порядки здесь устанавливаю я! Кому не нравится — дорога за ворота!

— Рома, ты вообще слышишь своего отца?! — Катя резко повернулась к мужу, сверкая глазами. — С нашей дочерью обошлись чудовищно, а ты вместо того, чтобы защитить ее, пытаешься перед родителями оправдаться?!

— Ничего я не оправдываюсь! — Рома поспешно отвел взгляд к окну. — Просто теплица ведь дорогая… Мама из-за этого сильно расстроилась, теперь у нее давление поднимается. Соня, ты тоже хороша! Почему не смотришь, куда бежишь?

Услышав отцовские слова, Соня разрыдалась еще сильнее и крепко ухватилась за мамину штанину.

— Значит, так, — Катя глубоко вдохнула, пытаясь справиться с бешено колотившимся сердцем. — Получается, ваша драгоценная теплица важнее собственного ребенка.

Она решительно приблизилась к кухонному столу.

— Вера Ильинична, немедленно отложите нож.

Свекровь насмешливо фыркнула, ополоснула очищенную картофелину и только после этого медленно развернулась к невестке.

На ее лице не отражалось ни малейшего раскаяния. Лишь холодное спокойствие и высокомерие.

— Катерина, хватит устраивать здесь базарный скандал. Ты находишься в моем доме. И мы имеем полное право воспитывать собственную внучку так, как считаем правильным. Если ты не способна нормально выполнять материнские обязанности, приходится нам исправлять твои ошибки. Лучше бы поблагодарила за то, что мы вообще уделяем вам столько времени.

Катя издала короткий, злой смешок.

— Ах, значит, это исключительно ваша территория?

— Именно наша! — проворчал свекор, с трудом поднимаясь из кресла. — И не тебе здесь устанавливать правила. Хозяева тут мы!

— Рома, — Катя пристально посмотрела супругу в глаза. — Напомни, пожалуйста, кто заплатил за сайдинг, которым обшит этот дом?

— Кать, ну зачем сейчас все это вспоминать… — Муж нервно провел ладонью по шее.

— Я задала конкретный вопрос! Кто в прошлом месяце оплачивал сайдинг?!

— Мы, — едва слышно признался Рома.

— Прекрасно! А насосную станцию для скважины кто покупал? Кто привез сюда сто двадцать квадратных метров металлочерепицы? Кто оплачивал работу строителей, заливавших фундамент под эту самую баню, в которой сегодня едва не заморозили нашу дочь?!

— Все это строилось для вашего же блага! — вмешался Виктор Павлович, угрожающе размахивая кулаком. — Мы с матерью на грядках спины гнем, чтобы у вас нормальные овощи были! Это ваше будущее наследство, бестолковая ты женщина! Для Ромки стараемся, для внуков! Чтобы приезжали сюда воздухом дышать и отдыхать!

— Неужели?! — Катя даже не подумала отступать. — Тогда давайте прямо сейчас выясним, кому на самом деле достанется ваше замечательное наследство!

Она быстро направилась к старому советскому серванту, на потрескавшейся полировке которого отражался свет кухонной лампы.

— Ты куда это полезла?! — возмущенно вскрикнула свекровь, впервые потеряв самообладание. — Немедленно убери руки! Там лежат мои личные документы!

Катя проигнорировала ее крик и распахнула стеклянную дверцу.

Она отлично помнила, что на второй полке, за набором хрустальных бокалов, Вера Ильинична держала плотную зеленую папку с кнопочной застежкой. Внутри находились квитанции за коммунальные услуги, кассовые чеки и гарантийные документы.

Катя собственноручно не раз складывала туда бумаги на приобретенные строительные материалы.

— Катя, положи все обратно, — Рома приблизился к жене. — Это уже некрасиво. Зачем ты копаешься в чужих документах?

— Знаешь, Рома, что действительно некрасиво? Когда твоя мать превратила собственного сына в бесплатного работника и бездонный кошелек.

Катя расстегнула папку и принялась быстро просматривать содержимое. Счета за электричество, гарантия на газонокосилку, чеки за цемент, накладные на деревянную вагонку… Наконец ее взгляд остановился на плотном листе формата А4 с официальной печатью.

— А вот и самое интересное! — Катя подняла документ. — Выписка из Единого государственного реестра недвижимости. Совсем свежая, выдана полтора месяца назад. Я еще удивилась тогда, почему Вера Ильинична просила распечатать у меня на компьютере квитанцию об оплате госпошлины. Решила, что они занимаются уточнением границ участка.

— Отдай документы, воровка! — Свекровь бросилась вперед, пытаясь вырвать бумагу из Катиных рук.

Но невестка резко выставила свободную ладонь, преграждая ей дорогу.

— Не приближайтесь! — жестко приказала Катя. — Рома, прочитай, что здесь написано. И обязательно вслух!

Она вложила лист в руки мужа. Тот неуверенно развернул документ и начал пробегать глазами официальные строки.

— Первый раздел… Характеристики объекта недвижимости… Дачный дом, общая площадь шестьдесят квадратных метров…