Шведы восприняли, как должное, и тот факт, что церкви выставили на продажу(!) по причине их запустения (даже в Рождество там практически нет людей). Один радикальный священник призвал взрывать церкви, чтобы они не превратились в музыкальные и спортивные площадки.
Русский приход в Стокгольме находится в плачевном состоянии. 30-метровая комната не может вместить почти тысячу прихожан. Но шведские власти готовы продать церкви кому угодно, — только не русским.
— Три года назад мы нашли благотворителя, известного человека, и попытались купить храм, — рассказывает отец Виталий Бабушин. — Мы размечтались. Мы уже одной ногой были в собственном настоящем храме. В последний момент нам отказали и заявили, что не обязаны объяснять нам причины. И так дважды. Обыкновенная русофобия. При этом местная церковь с готовностью привечает мусульман и даже предлагает пожертвовать христианскими символами (снять кресты и знаменитых евангельских петухов), чтобы не раздражать беженцев, поскольку их часто размещают в церквях. Утрата духовных и религиозных ориентиров вдохновила многих шведов на поиски Бога. Люди принимают католическую веру и нередко православную.
В один из вечеров к моему другу Хансу Йенсену приезжает обращенный католик Оскар Порат. Это хладнокровный прагматичный мужчина, но вера для него — последняя надежда.
— За последний год лютеранскую церковь в Швеции покинули сто тысяч человек. Политики управляют священниками, и это уже не церковь Христа. Она наводнена армией дьяволов. Мой друг выбрал русскую православную церковь, а я — католичество. Я верю, что с помощью веры мы победим исламистов в Европе. С помощью отрицания веры мы ничего не добьемся. Негативные послания никогда не достигают цели. Но и в католичестве не все гладко. Папа Римский омывает ноги мусульманским беженцам, даже не зная, кто они, и может быть, они убивали христиан в Сирии. Он отдает приказ всем церковным общинам принимать у себя мусульманских беженцев. Знаменитая монахиня Хатун Доган уже заявила, что Европа открывает двери своим будущим убийцам. Вместо овец мы впустили волков. Все это похоже на коллективное сумасшествие. И шведы просыпаются слишком поздно. В 1870 году Швеция была беднейшей страной в мире, а через сто лет мы стали богатейшей страной. Это невероятный скачок. Чудо, божье благословение. Но Швеция предала Бога, и мигранты — это своего рода наказание. Зато я верю, что спасение придет из России. У вас много здравого смысла.
Внезапно Оскар воодушевляется:
— Вы слышали о трех пророчествах Богородицы из Фатимы?
В 1917 году в Португалии, в селение Фатима тысячи людей наблюдали явление Девы Марии. Первое ее пророчество касалось Второй мировой войны и России. Она предсказала за два месяца до Октябрьской революции, что Россию ждут великие потрясения, если она отвернется от Бога. Погибнут миллионы людей. Третье пророчество Девы также касалось России, но было засекречено Ватиканом на долгие годы. В 1981 году бывший австралийский монах даже угнал британский самолет с единственным требованием: Ватикан должен обнародовать пророчество. Частично его приоткрыли в 2000 году. Нам оно сулит нелегкую жизнь. Новое обращение России к Богу спасет весь мир, хотя и будет сопровождаться ужасающими катаклизмами.
— В этом году исполняется ровно сто лет пророчеству. Теперь вы понимаете, почему христиане всего мира с надеждой смотрят на Россию?! — восклицает Оскар.
— Опять мы! — с тоской говорю я. — А без нас никак нельзя?
— Никак, — строго говорит Оскар. — На России лежит великая миссия и Божье благословение.
ПРОИГРАННАЯ БИТВА
Шведские СМИ прославились феноменом, ужасным для любого вменяемого журналиста. Так называемый «коридор мнений» (по-шведски åsiktskorridor). Публичные дискуссии не могут касаться острых тем, — таких, как аборты, гомосексуальные браки и беженцы. Общество охвачено настоящей истерией политкорректности. Сами журналисты признают, что результатом «коридора мнений» стали широко распространенная самоцензура, страх перед объективной реальностью и утраченная вера в силу аргументов.
Молодежь совершенно зомбирована, а на демонстрации протеста против оккупации страны мусульманами выходят лишь взрослые люди, от 40 до 60 лет. После одной из таких акций в городке Треллеборг грустные активисты собрались в доме моих друзей Ханса и Евы.
Голубоглазая красавица Агнетта переехала из крупного города Норрчепинг, где она жила рядом с мусульманским гетто, в крохотный Хамменхог ради своей четырнадцатилетней дочери Нади. Но теперь и в Хамменхоге появились мусульмане. «Слава Богу, Надя похожа на арабскую девочку с ее черными волосами и глазами, — говорит Агнетта. — Но все равно я каждый день провожаю ее в школу и встречаю. Тем более, сейчас в их школе учатся афганские мужчины, которые уверяют, что им 16 лет!»
Католик Оскар Порат сбежал из Хельсинборга в небольшой городок Кивик из-за своих трех дочерей. Но в пяти километрах от его дома строят огромный центр для беженцев.