— Отдай ключи и автомобиль. С этого момента ты мне больше не жена, — холодно объявил муж. Я без единого возражения всё вернула, ведь он даже не подозревал, что уже потерял и машину, и квартиру.

— Именно это может случиться, если ты продашь квартиру. А у меня есть основания думать, что ты уже кому-то её обещал.

— Я никому ничего не обещал!

— Отлично. Тогда покажи мне документы.

— Вера, мои денежные дела тебя совершенно не касаются!

— Значит, ответ прежний. Я не согласна.

Муж беспокойно ходил по комнате, приближался к столу, снова направлялся к окну. Упрекал меня в жадности, холодном расчёте, отсутствии любви и нежелании поддерживать супруга.

Я молча дослушала все обвинения.

— Егор, постарайся понять. Я не собираюсь с тобой торговаться. Это моё окончательное условие. Либо ты оформляешь дарственную, либо Матвей продолжает числиться в квартире. И тогда любые свои планы тебе придётся обсуждать со мной честно, а не скрывать за словами о праве свободно распоряжаться имуществом.

— Ты мне угрожаешь?!

— Нет. Предлагаю понятное решение. Угрозами обычно пользуются люди, которые не могут добиться своего иначе. А я точно знаю, что требуется нашему ребёнку.

Егор тут же позвонил матери. Из прихожей доносились обрывки его возмущённых фраз:

«Она от меня требует…», «Можешь себе представить?..», «Я же для семьи стараюсь…»

Когда он вернулся, лицо у него было землистого цвета.

— Мама сказала, что ты задумала оставить меня ни с чем.

— Лидия Степановна вправе думать что угодно, — спокойно ответила я. — Я всегда разговариваю с ней уважительно. Но этот вопрос касается нашей семьи, и решать его будем мы с тобой.

— Мне самому эта дача нужна.

— Для чего?

— Вдруг пригодится!

— Вот и нам с Матвеем она пригодится. Только жить там мы будем вместе.

Своего я добилась через девять дней.

Все эти девять дней Егор почти не разговаривал со мной. Я по-прежнему готовила еду, ухаживала за Матвеем, укладывала его спать, а по вечерам неизменно оставляла на столе листок с тремя записанными пунктами.

На десятый день супруг наконец сказал:

— Одевайся. Поедем к нотариусу.

Оформление документов прошло без скандалов. Я внимательно прочитала каждую строчку договора, а отдельные положения даже попросила объяснить вслух. Нотариус терпеливо разъяснял значение всех юридических формулировок.

Егор раздражённо двигался на стуле.

— Да всё там нормально! Подписывай быстрее!

Но я поставила подпись лишь тогда, когда убедилась, что полностью понимаю содержание документа.

В тот же день занялась регистрацией Матвея. Сначала оформила снятие с учёта по квартирному адресу, затем регистрацию на даче. Не стала переносить оформление на следующую неделю или ждать более подходящего момента. Мы дважды ездили по учреждениям, стояли в очередях, зато к вечеру необходимые бумаги были готовы.

В автомобиле Егор бросил на меня недовольный взгляд.

— Ты словно танк. Идёшь напролом, и тебя ничем не остановить.

— Отдохну, когда буду точно знать, что у нашего сына есть постоянный дом.

— Ты понимаешь, что фактически забрала у меня часть наследства?

— Понимаю, что ты собирался поставить под угрозу гораздо большее — жильё собственного ребёнка.

Прошло ещё два месяца, и магазин неожиданно преобразился.

Полки снова заполнились товаром, возле входа разгружали большую фуру, продавцы выглядели довольными. Егор ходил между рядами с гордо расправленными плечами, словно полководец, только что одержавший важнейшую победу.

Вскоре он купил себе дорогую куртку, а Матвею принёс большую машинку на радиоуправлении.

— Ну что, теперь убедилась? — самодовольно поинтересовался супруг. — А ведь ты настаивала, что магазин нужно закрыть. Кто оказался прав?

— Поздравляю, — ответила я без раздражения. — Только скажи, откуда появились деньги?

— Оборотный капитал.

— Егор, я спрашиваю, где именно ты взял средства?

— Вера, не забивай себе этим голову.

— Если деньги получены под залог имущества, это касается меня самым непосредственным образом.

Он на мгновение застыл.

Совсем ненадолго, меньше секунды. Но мне хватило и этого, чтобы окончательно убедиться в своих догадках.

— Какой ещё залог? О чём ты вообще говоришь?!

— Не нужно делать вид, будто не понимаешь. В прошлом месяце ты приносил бумаги и просил меня их подписать. Я отказалась. Значит, ты нашёл способ обойтись без моего согласия. Использовал квартиру, доставшуюся тебе до свадьбы. И машину тоже.

— И что с того?! — внезапно взорвался Егор. — Да, я заложил имущество! Ну и что?! Оно моё! Имею право рисковать собственной недвижимостью! Я вложил деньги, мне и отвечать!

— Только последствия твоих решений могли оставить нашего маленького сына без жилья, — тихо заметила я. — Теперь понимаешь, почему я настояла на оформлении дачи?

— Ничего ты не защищала! Просто отобрала у меня дачу!

— Я позаботилась, чтобы у Матвея были стены и крыша. Там кирпичный дом, печное отопление, проведена вода. Даже зимой можно жить без особых проблем.

— Всё просчитала заранее, — зло процедил муж. — Бессердечная ты женщина.

— Пока мой ребёнок живёт в тепле и безопасности, с сердцем у меня всё в порядке.