Няня кормила малыша едой из своей тарелки. Увидев это, разъяренный отец уже собирался выбросить ее вещи на мороз… Но стоило ему посмотреть запись со скрытой камеры, как он застыл.
В больнице, где Алина трудилась медсестрой, внезапно началось сокращение персонала. Под него она попала одной из первых. С одной стороны, это было понятно и не так уж обидно: работала недавно, детей нет, замужем — кого еще увольнять, если не таких молодых сотрудниц.
Но домой она вернулась расстроенной, уверенная, что Денис, ее муж, тоже огорчится. Однако он, как ни странно, воспринял новость почти с радостью: «Ну наконец-то! Что это за работа такая — медсестрой в больнице? Зарплата смешная, даже не понимаю, почему ты переживаешь».
— А жить тогда на что? И когда я найду новую работу? Хотя можно попробовать устроиться в детскую больницу, вдруг там кто-то требуется? — ответила Алина.
Этот вопрос тревожил ее очень сильно, ведь именно ее зарплата фактически была главным доходом семьи. Денис нигде толком не работал. С самого начала их знакомства он с восторгом рассказывал, что совсем скоро запустит собственный проект, заработает огромные деньги, прославится и обеспечит ее, свою любимую, всем лучшим. Конечно, Алина полюбила его не из-за обещаний будущего богатства. Она просто влюбилась — да и как было не влюбиться в такого красивого мужчину, да еще искренне увлеченного своими идеями.
Но с момента свадьбы прошло уже два года, а никакой бизнес так и не стартовал. Алина давно поняла, что муж, сидя за компьютером, чаще играет, чем действительно пытается чего-то добиться. Она старалась не упрекать его, но жить на одну ее зарплату было непросто, а теперь не стало и этой опоры.
Денис на слова жены не обиделся, только посоветовал: «Да забудь ты про эти больницы. Сейчас нормально заработать можно только у частников».
— Это как? — уточнила Алина.
— В частную клинику устройся, — сказал муж. — Хотя еще лучше попробовать попасть к богатым людям.
— Кем?
— Домработницей, сиделкой. А что такого? Нормальная работа. Если платить будут хорошо, почему бы не попробовать? Хотя… не факт, что тебя вообще возьмут. Сама смотри.
Долго искать работу времени не было: деньги были нужны постоянно. В больницу устроиться не вышло, зато удалось найти место няни в обеспеченной семье. Работа была для Алины непривычной, поэтому на собеседование к будущему работодателю она шла с волнением. Боялась, что ей откажут, но все же надеялась на удачу. Разговаривать пришлось с отцом будущего воспитанника — пятилетнего Никиты. Она уже знала, что Игорь Александрович человек очень богатый, владелец крупной строительной компании, поэтому чувствовала себя перед ним неуверенно.
— Так, медицинское образование — это хорошо, — произнес мужчина, просматривая ее документы.
— Еще я умею готовить, — поспешила добавить Алина, которой уже очень хотелось получить это место, тем более зарплату предлагали отличную.
— Это не понадобится, — остановил ее Игорь Александрович. — Для нас и для Никиты готовит повар из ресторана, кухней заниматься вам не придется. Но дел и без этого будет достаточно. Сын, скажу честно, мальчик непростой: замкнутый, капризный, да еще и с питанием вечная проблема — ест плохо. Так что придется как-то находить подход, чтобы он не оставался голодным.
Алину приняли на работу. Вскоре она приступила к новым обязанностям, познакомилась с мальчиком и быстро поняла, что он действительно отличается от других детей: не бегает, почти не смеется, игрушками интересуется мало, разговаривает неохотно и отвечает коротко. Ей никак не удавалось расшевелить ребенка, пробиться через стену, которой он будто отгородился от окружающих. Никаких диагнозов у Никиты не было, но довольно скоро Алина поняла, в чем причина. Ему просто с самого начала не хватало живого общения: отец вечно занят работой, сыну уделял мало времени, а мать — молодая, ухоженная и надменная женщина — жила светской жизнью и почти не замечала ребенка. Алине было искренне жаль мальчика, который рос в такой атмосфере.
Она старалась хоть немного изменить ситуацию, и однажды ей это действительно удалось. Только отцу это совсем не понравилось. Вернувшись домой к обеду и заглянув в детскую, он увидел, что Никита ест гречневую кашу, явно приготовленную не для него, потому что лежала она в контейнере Алины.
— Это что такое? — возмутился хозяин. — Почему вы кормите моего сына своей едой? Я не затем заказываю ему специальное меню у шеф-повара лучшего ресторана, чтобы он ел какие-то объедки!
— Понимаете, то, что привозит ваш повар, просто невозможно есть, — попыталась объяснить девушка. — Я однажды попробовала суп, который приготовили для Никиты, и чуть не подавилась. Да вы сами попробуйте это пюре: в нем ни соли, ни масла, просто сухая картошка. Такое и взрослый есть не станет, а из чего сделаны котлеты, я даже боюсь предположить.
Игорь Александрович зачерпнул ложкой пюре, поднес ко рту, но тут же выплюнул в салфетку. На вкус еда действительно оказалась отвратительной. И вдруг заговорил Никита:
— Пап, я же говорил тебе, что не могу это есть, что оно противное. А кушать хочется. Алина принесла вкусную еду. Можно она будет меня кормить своей?
Мужчина ничего не ответил, только нахмурился и вышел. У себя в кабинете он открыл записи с камер видеонаблюдения и стал смотреть, как сын ел в предыдущие дни. Похоже, няня говорила правду. Однажды она действительно попробовала суп, принесенный ребенку, поморщилась, а потом дала мальчику что-то свое, домашнее. И Никита, к удивлению, съел все с большим аппетитом. И ведь правда: последние дни он стал меньше капризничать и выглядел будто живее.
«Что-то здесь не так с этим поваром, которого наняла Элеонора. Нам он вроде готовит нормально, а Никите… Если он действительно мучил ребенка такой едой, то выгонять надо не няню, а его».
Он вызвал Алину в кабинет:
— Я посмотрел записи и вижу, что сын стал есть гораздо лучше. Предлагаю так: вы будете не только заниматься с ним, но и готовить ему нормальную домашнюю еду. Зарплату, разумеется, я повышу.
Дома Алина, конечно же, рассказала обо всем мужу, и эта новость его очень обрадовала. Денис сильно рассчитывал на ее деньги. Ему требовалось все больше средств, причем не только на себя. Некоторое время назад у него появилась любовница — обаятельная Милана, администратор в том самом медицинском центре, где наблюдался Никита. Алина об этом не знала, хотя в последнее время у нее и появлялись странные подозрения. Но она старалась не думать об этом, полностью погрузившись в новую работу.
Общение с ребенком ей нравилось все больше. Между ними постепенно появлялось доверие, а дополнительные обязанности совсем не тяготили. Она быстро готовила Никите еду, а остальное время они занимались, играли и, если погода позволяла, гуляли в парке. Их прогулки проходили спокойно и тихо. Никита обычно просто шел рядом, держа ее за руку, по аллеям. Такое поведение мальчика тревожило Алину, но она не знала, как это изменить.
Однажды, когда они гуляли по дорожке, навстречу им вышел мужчина с лабрадором, и собака потянулась к ребенку. Алина испугалась, но мужчина улыбнулся и сказал: «Не бойтесь, мой Тим обожает детей и никогда никого не обидит». И правда, Никита вдруг начал играть с собакой, а спустя минуту Алина, кажется, впервые услышала его звонкий веселый смех.
— Похоже, Никита действительно готов подружиться с вашим Тимом, — сказала она. — Удивительно, он ведь обычно такой замкнутый.
— С собакой трудно оставаться грустным, — ответил мужчина.
Пока мальчик играл с псом, они познакомились. Алина объяснила, что она не мама ребенка, а его няня. Мужчина тоже представился. Его звали Руслан, и он часто гулял в этом парке со своей собакой.
— Когда получается, конечно. У меня бизнес, поэтому беднягу чаще вывожу либо рано утром, либо поздно вечером, — пояснил он и пообещал теперь стараться приходить чаще, чтобы дружба Тима и Никиты продолжалась.
И он действительно сдержал слово. С того дня они часто пересекались в парке. Вот только Алина не знала, что Руслан был конкурентом ее работодателя. Зато Милана узнала, у кого работает жена ее любовника, и сразу бросилась к Денису: «Ты почему раньше не сказал, что она няней у таких людей устроилась? На этом можно очень неплохо заработать!»
С недавних пор Милана находилась под покровительством своей давней знакомой Элеоноры и уже размышляла, какую выгоду из этого можно извлечь. Алина же просто радовалась, что у нее появился новый знакомый — Руслан, человек, с которым можно было спокойно поговорить обо всем, что ее тревожило. Она поделилась с ним и сомнениями по поводу отношения родителей к Никите.
— Я не говорю, что они совсем о нем не заботятся, но все это очень странно. Мне сказали: мальчик капризный, непослушный, плохо ест. А оказалось, что его кормили тем, что никто бы есть не стал. Он ходил голодный, поэтому и капризничал.
Руслан нахмурился.
— Странная история. Думаю, с этим стоит разобраться.
— И как вы можете разобраться? — удивилась Алина.
— Пожалуй, пора признаться. Я давно знаком с Игорем Александровичем. Когда-то мы даже были партнерами и друзьями, а потом… Впрочем, долго объяснять, вам это неинтересно. Сейчас Игорь считает меня врагом, но он ошибается. Я не враг ни ему, ни тем более его сыну.
— Значит, вы познакомились со мной не случайно? — догадалась Алина. — Хотите через меня шантажировать Игоря Александровича?
— Нет, Алина, поверьте, ничего подобного я даже не планировал. Мне просто приятно с вами общаться, — уверил ее мужчина.
Дома у Алины тем временем обстановка становилась все напряженнее. Денис начал вести себя подозрительно. Откуда-то принес дорогой ноутбук, объясняя, что теперь будет работать дома, но на самом деле по указанию Миланы установил на телефон Алины шпионскую программу, чтобы подслушивать разговоры в доме ее работодателей. Информацию они с любовницей собирались продавать третьим лицам. А то, что эти люди были рейдерами, намеревавшимися завладеть компаниями обоих конкурентов — и Игоря, и Руслана, — их совершенно не беспокоило.
В доме бизнесмена тоже становилось все сложнее. Элеонора начала нервничать. Ее все сильнее раздражали и сын, и няня. Она видела, что Никита меняется: становится спокойнее, веселее. Игорь тоже начал проявлять к нему больше интереса, чаще разговаривал с сыном, и во многом это было заслугой Алины.
«Так я еще дождусь, что эта нянька всех здесь на свою сторону перетянет. Нет, этого я не допущу», — все чаще думала женщина и решила действовать.
Однажды, когда все находились дома, она устроила скандал из-за пропажи дорогого золотого браслета.
— Игорь, ты же помнишь тот самый браслет, который подарил мне на день рождения? Он очень дорогой, с бриллиантами. Куда он мог исчезнуть?
— Да поищи внимательнее, наверняка куда-нибудь убрала, — ответил муж.
— Нет, он лежал прямо здесь, на туалетном столике. Я совсем недавно его надевала. Кто мог его взять?
Не слушая никаких уговоров, она схватила сумку Алины, вывернула ее содержимое на стол, и среди вещей блеснул тот самый браслет.
— Вот! Я же говорила! Ты привел в дом воровку! И неизвестно еще, сколько она успела у нас украсть. Хорошо, что я вовремя заметила пропажу! — торжествовала Элеонора.
— Я ничего не брала, — потрясенно произнесла Алина.
— Ну не сам же он залез к тебе в сумку! — закричала Элеонора.
Игорь Александрович стоял в стороне и с подозрением смотрел на няню. Ему не хотелось верить, что женщина, которой он начал доверять, могла так поступить. Но доказательство будто было перед глазами. Ситуацию неожиданно спас Никита.
— Мам, ты сама положила эту штуку Алине в сумку. Я видел, — сказал мальчик.
— Ты куда лезешь, маленькая дрянь?! — зло выкрикнула Элеонора и замахнулась.
— Не смей! — холодным голосом произнес Игорь. Он сделал шаг вперед и перехватил руку жены, застывшую в воздухе. — Ты собиралась ударить ребенка? Своего собственного сына?
Элеонора дернулась, но муж держал ее крепко. В его глазах были одновременно ярость и потрясение. Он смотрел на нее так, словно видел впервые.
— Игорь, ты серьезно? Ты веришь этой воровке больше, чем мне? — взвизгнула женщина, пытаясь высвободиться. — Мальчишка просто врет! Он к ней привязался, она его подкупила своей едой!
— Тогда почему на записях с камер, которые я только что посмотрел в кабинете, прекрасно видно, как ты подходишь к туалетному столику, берешь браслет и кладешь его в сумку Алины? — тихо, но отчетливо сказал Игорь. — Забыла, что я поставил скрытые камеры по всему дому после того, как прошлой осенью у нас исчезли деньги из сейфа? Или решила, что я их потом отключил?
Элеонора побледнела. Губы у нее задрожали.
— Это… это не так, как ты думаешь… — прошептала она, но закончить не успела.
Игорь отпустил ее руку, подошел к Никите, который стоял бледный, но удивительно спокойный, и опустился перед ним на корточки.
— Сынок… почему ты раньше не сказал мне, что мама так поступает?
— Ты бы мне не поверил, — тихо ответил мальчик. — Ты всегда слушал ее. А она… она меня не любит. Говорит, что я испортил ей жизнь, что постоянно мешаю. И та еда… это она сказала повару так готовить. Чтобы я не просил есть, потому что если еда противная, я сам от нее откажусь. Я слышал, как она говорила с ним по телефону.
В комнате стало так тихо, что за окном было слышно, как снег ударяется о стекло.
Алина стояла у стены, прижимая к себе вывернутую сумку. Она не плакала — только смотрела на Никиту с такой болью, будто удар нанесли ей самой. Потом перевела взгляд на Игоря.
— Я ничего не крала, — сказала она уже ровно, почти устало. — Я уйду сама. Мне не нужна работа в доме, где меня унижают. Но Никиту… Никиту мне очень жаль.
Она повернулась и направилась к выходу, но у самой двери остановилась.
— Знаете, Игорь Александрович, он единственный здесь сказал правду. И если вы сейчас выставите меня на мороз, как собирались минуту назад, то потеряете не просто няню. Вы потеряете человека, которому ваш сын наконец начал доверять. А больше, кажется, доверять ему здесь некому.
Дверь за ней закрылась.
Игорь стоял, стиснув кулаки. Затем посмотрел на жену, которая упрямо поджала губы, и на сына, замершего, как солдатик, только глаза его наполнились слезами.
— Уходи, — сказал он жене. — Немедленно. Собирай вещи и уходи. С адвокатами я разберусь потом.
Элеонора попыталась возразить, но он поднял руку, и она замолчала. Впервые за многие годы.
Алина уже спускалась по лестнице, когда в подъезде зазвонил ее телефон. Муж. Денис. Отвечать ей не хотелось, но она все же нажала на зеленую кнопку.
— Алинка, ты чего такая нервная? Слушай, у меня для тебя сюрприз! Я наконец-то нашел инвестора для нашего проекта! Представляешь, один богатый мужик готов вложиться. Только ему нужны кое-какие документы из дома, где ты работаешь… пара фото с рабочего стола, ничего сложного. Ты же сможешь, да?
Алина остановилась на ступеньке. Пальцы у нее побелели.
— Какие документы? — спросила она глухим голосом.
— Да какие-то по строительству, не забивай голову. Просто сфотографируй то, что лежит на столе у хозяина. У тебя ведь есть доступ. А этот мужик — конкурент, говорит, хочет честно побороться. Ну, Алин, сделай, у нас будут такие деньги!
Она закрыла глаза. С улицы тянуло морозным воздухом, и в этом холоде ей вдруг вспомнились слова Руслана: «Я не враг ни ему, ни тем более его сыну».
— Денис, — медленно произнесла она, — ты случайно не знаком с женщиной по имени Милана? И не через нее ли нашел этого своего «инвестора»?
На том конце повисла пауза. Слишком длинная.
— Дура, — процедил Денис после молчания. — Делай, что тебе сказали, или окажешься на улице вместе со своими шмотками. Поняла? Я твой муж, и ты должна меня слушаться.
Но Алина уже отключила звонок.
Она постояла несколько секунд, затем поднялась обратно к двери квартиры и постучала. Дверь открыл растрепанный Игорь. Рядом стоял Никита, крепко держа его за руку.
— Знаете, — сказала Алина, — я передумала уходить. Кажется, у нас сейчас есть дела гораздо важнее. Например, выяснить, почему мой муж и ваша жена пытаются получить доступ к вашим документам. И кто на самом деле за этим стоит.
Она вошла внутрь и плотно закрыла за собой дверь. В этом движении чувствовалась окончательность — будто она переступила невидимую черту, после которой назад уже не возвращаются.
Снаружи выла метель, но в доме впервые за долгое время становилось теплее.