— Я работаю, у меня нет времени ходить по магазинам!
— Но деньги и время здесь ни при чем. Ты просто не платил.
— Я же вношу ипотеку!
— Ипотека оформлена на квартиру, которая принадлежит тебе и твоей матери. Напомнить, кто внес первоначальный взнос?
Тамара Антоновна резко выпрямилась.
— Не смей втягивать меня в этот разговор!
— Вы сами в него вошли, когда начали проверять мои расходы, — сказала Юлия. — Поэтому давайте не будем останавливаться на полпути.
Она снова посмотрела на мужа.
— Моя зарплата в несколько раз выше твоей. Я оплачивала продукты, бытовые товары, ремонты, поездки и большую часть общих расходов. Даже часть твоих личных покупок проходила по моей карте.
— Ты сейчас намеренно унижаешь моего сына! — вмешалась свекровь.
— Нет. Я перечисляю расходы.
— Эдик настоящий мужчина! Он работает и приносит деньги!
— Он приносит сорок семь тысяч, из которых сорок две сразу уходят банку. Это не преступление, но и повод называть себя единственным добытчиком тоже сомнительный.
Тамара Антоновна вскочила со стула. Желтый маркер, лежавший возле ее локтя, скатился на пол.
— Ты специально выставляешь моего сына нищим!
— Он не нищий. Он просто не умеет жить по средствам и не хочет этого признавать.
— А ты решила, что раз зарабатываешь больше, то можешь унижать его в собственном доме?
— Я не унижаю его. Я отвечаю на обвинение в воровстве.
Эдуард сжал кулаки.
Ему было невыносимо слышать правду при матери. Пока Юлия молчала, он мог изображать главу семьи. Но теперь выяснялось, что после обязательных платежей его зарплаты едва хватало на существование, а привычный уровень жизни обеспечивала жена.
— Ты должна была говорить со мной, а не переводить деньги матери, — процедил он.
— Я говорила. Ты сказал, что это не твоя проблема.
— Я такого не говорил.
— Ты сказал: «Пусть ее родственники сами заботятся о ней». Поэтому я использовала свою премию.
— Потому что у тебя нет семейных ценностей!
— Семейные ценности — это не требование отдать зарплату свекрови. И не обыск чужой электронной почты.
Тамара Антоновна резко повернулась к сыну.
— Не позволяй ей так с тобой разговаривать, Эдик. Она давно перестала тебя уважать.
— Я тоже это вижу, — ответил Эдуард, но его голос уже звучал неуверенно. — Она считает себя главнее всех.
— Потому что фактически я содержу этот дом, — спокойно сказала Юлия.
— Хватит! — Эдуард резко ударил ладонью по столу. Чашка подпрыгнула на блюдце. — Я больше не собираюсь терпеть этот разговор!
Он шагнул к жене, нависая над ней.
— С завтрашнего дня все изменится. Ты будешь переводить всю зарплату на счет моей матери.
На кухне повисла тишина.
Тамара Антоновна медленно выпрямилась и поправила очки. На ее лице появилось выражение довольства.
— Мама будет контролировать бюджет, — продолжил Эдуард. — Она умеет обращаться с деньгами и не позволит тебе разбрасываться ими направо и налево. Ты будешь получать ровно столько, сколько необходимо для проезда и простого обеда.
— Ты серьезно? — спросила Юлия.
— Более чем.
— То есть я должна отдавать всю зарплату твоей матери?
— Именно.
— А если мне понадобится одежда?
— Сначала спрашиваешь у мамы.
— Лекарства?
— Обоснуешь необходимость.
— Средства гигиены?
— Не надо язвить.
— Косметика?
— Исключается.
— Помощь моей матери?
— Тоже исключается. Она тебя использует.
Тамара Антоновна согласно кивнула.
— Деньги требуют порядка, — сказала она. — Я прожила достаточно, чтобы понимать: если позволить молодой женщине распоряжаться крупными суммами, она потратит все на ерунду. Эдик слишком мягкий. Он дал тебе полную свободу, и ты этим воспользовалась.
— Вы хотите управлять моей зарплатой?
— Я хочу сохранить семью моего сына.
— Нет, вы хотите получить доступ к моим деньгам.
— Не переворачивай все с ног на голову!
— Вы уже просмотрели мою банковскую информацию без разрешения. Теперь требуете, чтобы я добровольно отдала вам зарплату.
— Ты должна подчиняться мужу!
— Муж не имеет права превращать жену в собственную подчиненную.
— Эдик, ты слышишь? Она тебя ни во что не ставит!
Юлия посмотрела на мужа.
— Ты действительно считаешь, что эта идея разумная?
— Я считаю, что ты должна научиться жить по правилам семьи.
— По правилам твоей матери.
— Она старше и опытнее.
— Она не имеет отношения к моему банковскому счету.
— Тогда уходи! — выкрикнул Эдуард. — Раз тебе здесь все не нравится, собирайся и уходи! Мама уже поговорила с хорошим юристом. Мы разделим имущество так, что ты останешься без всего!
— Отлично, — спокойно ответила Юлия.
Она развернулась и вышла из кухни.
— Куда ты пошла? — крикнул Эдуард.
— Собирать вещи.
В спальне Юлия открыла нижний ящик комода и достала большой дорожный чемодан. Она поставила его на кровать, расстегнула молнию и откинула крышку.
Ее движения были точными и спокойными.
Она складывала только личные вещи: одежду, документы, ноутбук, косметику, лекарства и несколько книг.