Она подошла к зеркалу и увидела совершенно другую себя: раскрасневшуюся, высокую, непривычно улыбающуюся девушку в роскошном белом пальто, которое идеально сидело на её спортивной фигуре.
Старая юбка и выцветшая красная футболка с ним совершенно не сочетались.
Но Марьке было всё равно.
— И это ещё не всё! — радостно объявила Наталья Андреевна.
Она протянула девочке сложенный пополам листок, украшенный рисунком пионера.
— Что это, тёть Наташ?
— Путёвка в пионерский лагерь «Юность»! На первый сезон поедешь. Говорят, там замечательно. Тоже подарок Игоря Олеговича. Дай бог ему здоровья.
Этой ночью Марька долго ворочалась в кровати.
Перед глазами, будто на экране цветного телевизора, сменяли друг друга события последних дней: победный матч, медаль, поездка на автомобиле, лагерь и, конечно, её новое белое пальто.
Оно висело совсем рядом, в шкафу.
Девочка бесшумно поднялась, подошла к открытой дверце и снова накинула пальто на плечи.
Она уже придумала ему имя — Пальтоша.
Выйдя в коридор, Марька остановилась у окна.
За стеклом моросил первый весенний дождь.
Наверное, впервые она совсем не радовалась приближению тепла.
Ей хотелось, чтобы прохладные дни продлились подольше.
Чтобы можно было чаще ходить в её прекрасном пальто.
Перед поездкой Наталья Андреевна тщательно перечитывала список необходимых вещей.
— Сменная обувь есть. Спортивная есть. Головной убор обязательно… Так. И пальто демисезонное.
— Зачем летом пальто? — удивилась Марьяна.
— Не знаю. Но здесь написано, значит, берём. Не спорь.
Марька и не собиралась особенно сопротивляться.
Вечерами всё ещё бывало прохладно.
К тому же оставить самое дорогое, что у неё было, в общем детдомовском шкафу на три недели ей совсем не хотелось.
Когда Марьяна вошла в комнату первого отряда лагеря «Юность», остальные девочки сразу уставились на неё.
Все были одеты по-летнему: лёгкие куртки, модные ветровки, джинсовые жилетки.
И только Марька стояла посреди комнаты в белом пальто.
Положить его в рюкзак она не смогла — почти всё место там занимал баскетбольный мяч.
Пришлось ехать в пальто.
— Это у тебя бабушкин стиль? — ухмыльнулась худенькая Лена, которая занимала соседнюю кровать.
— Скорее дедушкин, — хихикнул кто-то.
— Девушка, вообще-то зима давно закончилась.
— Наверное, она с Крайнего Севера на оленях приехала!
Марька сжала кулаки.
— Не ваше дело, — негромко сказала она.
Но посмотрела на девочек так, что продолжать шутки никто не захотел.
Она аккуратно повесила пальто на спинку своей кровати и вышла.
— Странная какая-то, — услышала она за закрывающейся дверью.
Марька отправилась осматривать лагерь.
Нашла столовую.
Эстраду с длинными рядами деревянных скамеек.
Футбольное поле.
Волейбольную площадку со старой сеткой.
А баскетбольная площадка оказалась почти полностью заросшей травой. Из двух щитов кольцо сохранилось только на одном.
Марька прислонилась к высокой берёзе.
«И зачем я сюда приехала?»
Но почти сразу тряхнула головой.
Двадцать один день.
Как-нибудь переживёт.
Пальтоша рядом.
Мяч рядом.
А девчонки…
Да ну их.
И всё же внутри снова появилось старое знакомое чувство одиночества.
На следующий вечер устроили торжественное открытие смены.
Сначала горел большой костёр, а затем началась дискотека.
Огонь отражался в Марькиных огромных глазах, потом его сменили разноцветные вспышки цветомузыки.
Танцевать она совершенно не умела.
Но музыку любила.
Поэтому устроилась подальше от танцевальной площадки на старой скамейке среди густых кустов акации и слушала незнакомые песни.
Перед сном соседки наперебой рассказывали страшилки и пересказывали иностранные фильмы. У некоторых дома уже были видеомагнитофоны, и девочки обсуждали то, чего Марька никогда не видела.
Она лежала с закрытыми глазами и притворялась спящей.
А что могла рассказать она?
Как новенькие тихонько плачут ночью в подушки?
Как дети прячут под матрасами хлебные корки, принесённые из столовой?
Как каждый раз, когда в детский дом заходит незнакомый взрослый, десятки глаз смотрят на него с одной и той же надеждой:
«Может быть, он пришёл именно за мной?»
Через несколько дней в лагере начали собирать волейбольную команду.
Игроков не хватало, и вожатая вспомнила о Марьяне.
— Ты же спортсменка. Попробуй.
Марька согласилась, хотя волейбол никогда особенно не любила.
Баскетбольный мяч можно было поймать, удержать, почувствовать пальцами.
Здесь же мяч следовало сразу отбивать.
Капитаном команды оказалась Даша — красивая, уверенная девочка с длинной толстой косой.
— Марьяна, ну сколько можно его ловить? — раздражалась она. — Это волейбол! Не хватай, а отбивай. Мягче! Пасуй!
Но непривычный лёгкий мяч совершенно не слушался.
После каждого удара он улетал куда-то далеко за площадку.
— Вот же дылда, — вздохнула Даша. — Кто тебя только сюда прислал? Иди тогда к сетке. Будешь блокировать.