Органайзер.
Чем дольше становился список, тем сильнее холодели её руки.
Сумма получалась внушительной.
Утром Виктор ушёл на работу, бросив напоследок:
— Вечером всё спокойно обсудим.
После завтрака Вероника Матвеевна сообщила, что собирается навестить давнюю знакомую на другом конце города.
Сказала она это так, словно великодушно решила на несколько часов избавить хозяев квартиры от своего присутствия.
Елена молча смотрела, как тётя надевает плащ, берёт сумку и выходит.
Несколько секунд она просто стояла в пустой прихожей.
Затем достала телефон и нашла номер мастера по замкам, который когда-то сохраняла ещё бабушка.
— Вы сможете приехать сегодня? Мне нужно срочно.
Через полтора часа в двери уже стоял новый замок.
Старые ключи больше ничего не открывали.
Елена сидела на кухне и слышала, как мастер работает инструментами.
Она не испытывала радости.
Не чувствовала облегчения.
Внутри была только странная, почти хрупкая решимость.
Впервые за годы брака она действовала не ради сохранения спокойствия, а ради защиты собственных границ.
После ухода мастера Елена сложила в пакеты часть вещей Виктора и его тёти.
Не всё подряд — только самое необходимое.
Куртку мужа.
Несколько свитеров.
Нижнее бельё.
Зарядку.
Лекарства Вероники Матвеевны.
Пакеты она поставила возле входной двери.
И именно тогда Елене стало страшно.
Одно дело — мысленно решить, что дальше так жить невозможно.
Совсем другое — действительно выставить вещи людей, которых ещё вчера считала своей семьёй.
Телефон зазвонил около половины шестого.
На экране высветилось имя Виктора.
— Лена, ты что натворила? Ключ не подходит.
Елена подошла к окну.
Внизу, у подъезда, стояли Виктор и Вероника Матвеевна. Тётя активно размахивала руками и показывала на дверь.
Виктор держал телефон возле уха и смотрел на окна квартиры.
— Конечно, я сменила замки! — резко ответила Елена. — Ты действительно думал, что я позволю твоей тётке дальше рыться в моих вещах, выбрасывать всё, что ей не нравится, и воспитывать меня по своим правилам? Чтобы я больше её здесь не видела! Пусть хоть на скамейке ночует, но я больше не собираюсь терпеть этот абсурд!
Она сама удивилась тому, насколько громко говорит.
Но голос дрожал не от страха.
Наружу наконец вырвалось всё то, что копилось в ней последние дни.
— Ты совсем сошла с ума?! — закричал Виктор снизу. — Немедленно открывай!
— Нет.
— Это и мой дом тоже!
— Нет, Витя. Это квартира, в которой я разрешала тебе жить. До сегодняшнего дня.
Рядом Вероника Матвеевна уже кричала что-то о неблагодарности, распущенности и городских женщинах, которые «с жиру бесятся».
Елена почти не слушала.
Она смотрела только на Виктора.
И с удивительной ясностью видела, как из взрослого мужчины, за которого когда-то вышла замуж, проступает обиженный мальчик, готовый пожертвовать всем, лишь бы не позволить кому-то обидеть его тётю.
— Открывай, пока я ещё нормально прошу, — процедил Виктор.
— А потом начнёшь просить ненормально?
Он ничего не ответил и сбросил вызов.
Примерно через двадцать минут в дверь начали громко стучать.
Не звонить.
Именно бить кулаками.
Сначала раздался один удар, потом второй, третий.
После этого Елена услышала голос мужа:
— Лена, открывай! Хватит устраивать спектакль!
Она даже не подошла к двери.
Телефон снова зазвонил.
На этот раз Елена ответила.
— Уходите, — сказала она. — Завтра я напишу заявление.
— На кого? На мою тётю? За то, что она вынесла твой мусор?
— За присвоение и порчу моего имущества.
— Ты эгоистка и меркантильная дрянь. Тётя хотела сделать как лучше. Она меня вырастила. Если для тебя какие-то кремы и одежда важнее моей семьи, можешь проваливать.
— Проваливать будешь ты. Из моей квартиры.
После этого Виктор, очевидно, решил, что словами ничего не добиться.
В подъезде снова раздался шум.
Тяжёлый удар.
Мужской голос.
Крик Вероники Матвеевны.
Елена не сразу поняла, что происходит.
Потом до неё дошло: Виктор нашёл во дворе знакомого слесаря и попытался открыть дверь силой.
Елена успела отойти от прихожей.
Раздался резкий треск.
Замок вылетел.
Дверь распахнулась.
Первым внутрь вошёл Виктор. Следом появилась Вероника Матвеевна, красная от злости.
— Ты вообще нормальная?! — закричал Виктор, захлопывая повреждённую дверь. — Что за цирк ты устроила?
Елена стояла посреди прихожей.
Лицо у неё побледнело, но внутри неожиданно стало спокойно.
— Не подходи ко мне.
— Ты кто такая, чтобы запрещать мне входить в собственный дом?
— Собственница этой квартиры. Этого недостаточно?
Вероника Матвеевна уже заметила пакеты и потянулась к ним.
— Я же говорила, Витя. Ничего хорошего с этой женщиной не будет. Настоящая змея.
— Помолчите, — ровно сказала Елена. — Я уже записала, что вы сделали с моими вещами. Теперь зафиксирую и повреждённую дверь.
Виктор сделал шаг вперёд.