— Глашка, замуж пойдёшь?
— А ты зовёшь? — быстро отозвалась Глафира, отталкивая протянутую руку нахального Мишки Зоткина.
Мишка в ответ расхохотался, бесстыдно оскалив зубы, и с нескрываемым интересом оглядел пышную фигуру Глаши Агаповой.
— А что, согласна? — Он снова попытался ухватить её за талию. — Тогда пошли на сеновал, покувыркаемся… Ну дай хотя бы подержаться.
Глафира не стала долго думать. Она с силой толкнула Мишку, и тот полетел прямо в заросли крапивы, нелепо взмахнув руками, словно подбитая в воздухе птица.
Возле клуба, где собралась деревенская молодёжь, тут же раздался громкий смех.
— Ах ты, пышка! — выбравшись из крапивы и потирая ушибленное место, Михаил сердито сплюнул Глафире под ноги. — Думаешь, они надо мной смеются? Это они над тобой ржут!
Глаша отвернулась и обиженно сжала губы.
Подруга Наташа положила руку ей на плечо.
— Ну чего ты, Глаша? Мишку разве не знаешь? Ему лишь бы зубы поскалить да кого-нибудь задеть.
Глаша слабо улыбнулась.
Плакать она не собиралась. Уже привыкла.
И всё же Наташе было легко её успокаивать. Подругу никто не называл пышкой. Наталья тоже была крепкой деревенской девушкой, но рядом с Глафирой казалась тонкой берёзкой.
— Пойдём, кино скоро начнётся, — позвала Наташа.
Вместе с остальными они вошли в полутёмный зал сельского клуба.
Осторожно придерживая подол платья, Глаша устроилась на скрипучем деревянном сиденье. В деревенских клубах конца шестидесятых особого удобства не было, зато удовольствие от просмотра фильма получали огромное.
Глаша тихо вздохнула, глядя на стройных и красивых героинь на экране.
Даже её старшая сестра Мария совсем не походила на неё телосложением. Мария пошла в отца и его родню — такая же высокая и худощавая. Младший брат Колька тоже был тонким, как прутик.
А вот мать, Клавдия, всегда отличалась округлыми формами. Видно, Глафира именно в неё уродилась.
Правда, самой Клавдии полнота нисколько не мешала. По хозяйству она управлялась быстро, словно никогда не уставала, и с мужем жила душа в душу.
На первый взгляд они совершенно не подходили друг другу.
Отец был высокий, худой, медлительный, похожий на длинную оглоблю. Мать — невысокая, пышная и подвижная.
А люди всё равно говорили, что они два сапога пара.
Глаша снова вздохнула.
Ей казалось, что собственной пары в родном селе она никогда не встретит.
Да и в чужом, наверное, тоже.
В воскресенье девушки уговорили Глафиру съездить в районный центр.
Как раз туда собирался грузовик с крытым кузовом. Внутри были установлены деревянные скамейки, а на каждой выбоине пассажиров подбрасывало так, что они подпрыгивали, словно мячики.
Зато машина довезла их до самого центра.
Перед девушками открылась большая площадь, залитая летним солнцем. Рядом возвышалось здание районного совета, а из громкоговорителей на всю округу звучала музыка.
Чуть поодаль стояла жёлтая бочка с квасом.
Девушки сразу побежали туда.
Они стояли с кружками в руках, смеялись, щурились от яркого света и радовались тёплому летнему дню.
— Смотри, какая пышечка, — вдруг услышала Глафира.
Ей очень захотелось поверить, что речь идёт не о ней.
Но среди подруг больше не было девушек с такой фигурой.
Глаша всё-таки обернулась — вдруг она ошиблась.
В тени дерева стояли двое парней.
Один выглядел задумчивым и словно был полностью погружён в собственные мысли. Второй смотрел на Глафиру с насмешкой, неторопливо оглядывая её с головы до ног.
Он снова толкнул локтем своего молчаливого приятеля.
Глаша поспешно подошла ближе к подругам.
Ей хотелось спрятаться от этого липкого, масляного взгляда. Она хорошо знала таких парней: сначала пытаются ущипнуть или зажать где-нибудь в углу, а потом ещё долго зубоскалят перед приятелями.
— Девчата, мы ведь ещё и на танцы успеем! — объявила Нина.
— Уже вечер скоро. А домой когда возвращаться будем?
— Успеем! Дядя Вася обещал потом забрать всех от Дома культуры. Ну что, идём или нет?
— Идём!
Танцы в районном Доме культуры совсем не походили на вечера в сельском клубе, где всех неженатых парней можно было пересчитать по пальцам, а из музыки чаще всего звучала одна гармонь.
Здесь было большое здание с белыми колоннами, множество людей и настоящая танцевальная площадка.
Даже музыка казалась совершенно другой.
По праздникам сюда приезжал оркестр из области, но сегодня играли местные музыканты.
Глаша одобрительно посмотрела на подол своего голубого платья, радуясь, что выбрала именно его. Потом ускорила шаг и догнала подруг.
Она заранее знала, что никто не пригласит её танцевать.
Подруг разобрали почти сразу.
Они кружились по залу, улыбались и выглядели такими счастливыми, что Глаша старалась не показывать своей грусти.
Она осталась стоять возле стены.
Вскоре ей показалось, будто кто-то внимательно на неё смотрит.
А почему бы и не посмотреть?
У Глафиры были густые русые волосы, заплетённые в две длинные косы, аккуратный курносый нос и румяные щёки.