Дождевые капли настойчиво стучали по окнам родильного отделения, будто хотели смыть с улиц всю тревогу и суету большого города. Марина стояла возле окна, прислонив лоб к холодному стеклу. За её спиной, в двух прозрачных детских кроватках, тихо посапывали два маленьких чуда — сын и дочка. Артём и Анечка. Её двойняшки.
После тяжёлых родов всё тело ещё отзывалось болью и усталостью, но внутри было удивительно тепло. Такого чувства Марина прежде не знала.
Теперь она была мамой.
Она снова посмотрела на экран телефона.
Ни одного пропущенного вызова.
Ни одного сообщения.
Денис, её муж, мужчина, ради которого Марина столько раз проглатывала обидные слова его властной матери, не выходил на связь уже третий день.
— Наверное, разрядился телефон… Или Элеонора Викторовна опять устроила ему скандал, — тихо сказала Марина самой себе, пытаясь найти хоть какое-нибудь объяснение.
Она выросла в самой обычной семье и когда-то приехала в столицу из небольшого провинциального городка с одной сумкой и огромными надеждами.
Денис был полной её противоположностью.
Наследник крупной строительной компании, с детства привыкший к дорогим машинам, роскошным домам и тому, что практически любое его желание исполняется.
Их знакомство казалось Марине настоящей сказкой.
По крайней мере, до тех пор, пока в их отношения не вмешалась Элеонора Викторовна.
Мать Дениса была женщиной холодной, расчётливой и невероятно властной. С первой же встречи она дала Марине понять, что девушка «не их круга» никогда не станет настоящей частью семьи Волковых.
Но Денис уверял, что любит её.
Ради Марины он снял отдельную квартиру, поссорился с матерью и даже женился на ней тайком, поставив Элеонору перед фактом.
К сожалению, семейное счастье оказалось недолгим.
Как только Марина узнала о беременности, Денис стал всё чаще задерживаться на работе. Он объяснял, что мать постепенно перекрывает ему доступ к деньгам, поэтому теперь нужно срочно создавать собственный бизнес и становиться независимым.
На следующий день Марину должны были выписать.
Она всё ещё верила, что рождение внуков изменит ситуацию.
Что даже холодное сердце Элеоноры Викторовны дрогнет.
Что Денис приедет с огромным букетом, обнимет её, осторожно возьмёт детей на руки, а потом они вместе отправятся домой.
И наконец станут настоящей семьёй.
В то самое время в огромном загородном доме Волковых стояла почти неестественная тишина. Её нарушал лишь редкий звон фарфоровой чашки о блюдце.
Элеонора Викторовна сидела во главе длинного дубового стола.
Идеально прямая спина.
Безупречная причёска.
Спокойное лицо, на котором невозможно было прочитать ни одной эмоции.
Дверь кабинета распахнулась.
Вошёл Денис.
Он выглядел уставшим, хотя дорогой костюм, как всегда, сидел идеально.
— Ты хотела меня видеть? — спросил он и сел напротив матери.
Элеонора Викторовна неторопливо поставила чашку.
— Твоя… жена родила. Двоих детей, — произнесла она так спокойно, словно сообщала очередную новость из деловой сводки. — Мне позвонили из клиники. Завтра выписка.
Денис отвёл глаза, поправил запонку и коротко кашлянул.
— Знаю. Мне тоже сообщили.
Элеонора подалась немного вперёд и сцепила пальцы, на которых сверкали дорогие кольца.
— Денис, перестань притворяться. Мы оба прекрасно понимаем, что этот брак был ошибкой. Обычным юношеским протестом против матери. Ты хотел доказать свою самостоятельность. Но реальная жизнь оказалась сложнее, верно? Деньги заканчиваются. А твой замечательный стартап практически разорён.
Денис нахмурился.
— Что ты хочешь от меня услышать?
— Я хочу, чтобы этот спектакль закончился, — холодно ответила мать. — Завтра ты не поедешь в роддом.
Он поднял на неё глаза.
— Что?
— Ты меня услышал. Я запрещаю тебе встречать её.
Элеонора сделала небольшую паузу.
— Если завтра ты появишься возле роддома, можешь сразу забыть о наследстве. О должности вице-президента компании тоже. И обо мне заодно. Как только ты переступишь порог больницы ради неё, твоего имени больше не будет в моём завещании.
Она приготовилась к скандалу.
Элеонора была уверена, что сын вскочит со стула, начнёт спорить, доказывать, что любит Марину и детей.
Возможно, ей придётся давить сильнее.
Уговаривать.
Манипулировать.
Пугать будущим без денег.
Но произошло совсем другое.
И именно это неожиданно заставило даже Элеонору почувствовать холод внутри.
Денис совершенно спокойно посмотрел на мать.
Затем достал смартфон.
Перевёл его в беззвучный режим.
И сказал:
— Ладно.
Элеонора несколько секунд молчала.
— Что значит «ладно»?
— Значит, ты права.
Денис расслабленно откинулся на спинку кресла, будто они обсуждали не судьбу двух новорождённых детей, а условия невыгодной сделки.
— Я и сам устал от Марины. Постоянные слёзы, токсикоз, жалобы, разговоры о ребёнке… Теперь ещё и сразу двое младенцев. Я не собираюсь менять памперсы и просыпаться каждую ночь от крика.