Некоторые выглядели как символы прошлого, о котором он не хотел говорить.
На лице были следы тяжёлой жизни.
Однако взгляд оказался другим.
Не злым.
Не пустым.
Внимательным.
Он вошёл в квартиру и молча осмотрелся.
— Хорошее место, — произнёс он.
— Хорошее?
— Да. Но слишком открытое.
Елизавета подняла бровь.
— Вы первый человек, который проговорил мне, что моя квартира недостаточно защищена.
— Потому что остальные смотрят на площадь и стоимость.
Он указал на дверь.
— А я смотрю, кто может сюда войти.
Эти фразы заставили её задуматься.
— И что вы видите?
Артём поглядел на замок.
Затем — на окна.
Затем на подъезд через стекло.
— Я ведь вижу дом женщины, которая привыкла всё контролировать сама.
Елизавета улыбнулась.
— А это плохо?
— Нет. Но порой самые сильные люди забывают, что им тоже нужна защита.
В ответ она промолчала.
Потому что впервые за многие годы кто-то проговорил ей не то, что хотел получить от неё.
А просто то, что замечал.
Работа началась тотчас.
Артём не превращал квартиру в тюрьму.
Он не ставил камеры на каждом углу и не создавал атмосферу страха.
Он просто сделал так, чтобы Елизавета вновь ощутила контроль.
Он заменил старые замки.
Настроил систему безопасности.
Проверил бумаги.
И самое главное — попросил её рассказать о каждом родственнике.
— Зачем вам это? — поинтересовалась она.
— Чтобы понимать, с кем имеем дело.
Елизавета села напротив него.
— Хорошо.
И принялась рассказывать.
Об Евгении.
Про жену Евгения, Ольгу.
О дальней племяннице Светлане.
О тех людях, которые годами почти не вспоминали о ней, а теперь неожиданно стали «семьёй».
Артём слушал молча.
Порой задавал вопросы.
— Когда они начали звонить чаще?
— После слухов о вашем здоровье?
— Кто же спрашивал про квартиру?
Елизавета застыла.
— Откуда вы знаете?
— Потому что люди нечасто интересуются здоровьем богатого человека просто так.
Она посмотрела на него пристально.
— Вы же многому научились там?
Артём посмотрел вниз.
— Да.
— И чему же?
Он отозвался не тотчас.
— Там быстро понимаешь, кто перед тобой. У человека может быть дорогая одежда, красивые фразы, образование. Но когда приходит сложный момент — всё становится видно.
Эти фразы неожиданно задели её.
Потому что она размышляла так же всю жизнь.
Через неделю родные вновь пришли.
На этот раз без звонка.
Евгений стоял у двери с коробкой дорогих конфет.
Рядом была его жена Ольга.
Она улыбалась так широко, будто они пришли не за наследством, а на семейный праздник.
— Тётушка! — воскликнул Евгений. — А мы решили вас навестить.
Елизавета открыла дверь.
Однако не пригласила тотчас.
Это заметила Ольга.
— Лиза, вы что, нас не узнаёте? Мы же родные люди.
— Узнаю, — спокойно отозвалась она.
— Тогда почему стоим в коридоре?
Елизавета взглянула на них.
Прежде она бы уступила.
Прежде ей было бы неудобно.
Прежде она бы подумала:
«Что скажут люди?»
Однако теперь всё изменилось.
— Потому что я не ожидала гостей.
Евгений улыбнулся.
— Ну какие же мы гости? Мы семья.
Елизавета неторопливо перевела взгляд на коробку конфет.
— Интересно.
— Что именно?
— За семь лет вы ни разу не приходили просто так.
Улыбка Евгения дрогнула.
— Тётушка, ну зачем вы так?
— А как мне?
Она поглядела прямо ему в глаза.
— Делать вид, что не понимаю?
Повисло молчание.
Ольга первой попыталась вернуть прежний тон.
— Вы же просто устали. Вам нужно, чтобы рядом кто-то был.
— Да.
Елизавета кивнула.
— Мне нужен рядом кто-то честный.
Эта фраза повисла между ними.
Евгений свёл брови.
— Вы же нам не доверяете?
— А должна?
Он открыл рот, но не сумел подобрать слов.
И в этот момент из глубины квартиры появился Артём.
Он ничего не произнёс.
Просто встал рядом.
Однако одного его присутствия хватило.
Лица родных изменились.
Они выяснили его.
Один из соседей уже рассказал им, что у Елизаветы появился новый помощник.
Человек с прошлым.
Человек, которого лучше не пытаться обмануть.
— А это кто? — нервно поинтересовалась Ольга.
Елизавета ровно отозвалась:
— Человек, которому я доверяю.
Евгений поглядел на Артёма.
Затем — на тётушку.
И впервые осознал:
Старая Елизавета Семёновна исчезла.
Та, которая терпела.
Та, которая оправдывала.
Та, которая боялась остаться одна.
Сейчас перед ним стояла женщина, которая сама выбирала, кто будет рядом.
— Мы ещё поговорим, тётушка, — негромко произнёс Евгений.
— Разумеется, Женечка.
Она улыбнулась.
— Я ведь тоже этого жду.
Дверь закрылась.
И только когда шаги родных стихли на лестнице, Артём проговорил:
— Они не остановятся.
Елизавета взглянула на закрытую дверь.
— Я ведь знаю.
— Тогда почему вы их пустили?
Она взглянула на него.
И впервые в её глазах появилась не холодность.
А азарт.