«Мать нашла выписку по твоей карте! Ты тайком отправляешь мои деньги своим родственникам?! Она с самого начала говорила, что ты вышла за меня только из-за выгоды! Хватит сидеть у меня на шее! Мама уже нашла юриста — мы оставим тебя без копейки! Собирай вещи и возвращайся в свою деревню!» — кричал Эдуард, преграждая жене дорогу.
Юлия еще не успела вынуть ключ из замка. Она стояла на пороге собственной квартиры в распахнутом осеннем пальто, с тяжелой сумкой в одной руке и пакетом продуктов в другой.
Эдуард перекрыл весь проход в коридоре. Его лицо покраснело, пятна спускались от шеи к щекам и поднимались к линии волос. Он шумно втягивал воздух, раздувая ноздри, и тряс перед женой толстой пластиковой папкой с металлическим скоросшивателем.
За его плечом была видна кухня.
Во главе прямоугольного стола сидела Тамара Антоновна. В отличие от сына, она не кричала и не делала резких движений. Свекровь сохраняла почти торжественное спокойствие, выпрямив спину и опустив очки на кончик носа.
Перед ней лежала целая стопка распечатанных листов. На некоторых страницах ярко-желтым маркером были выделены отдельные строки. Люстра освещала их так, что казалось, будто на столе разложили маленькие неоновые указатели.
Юлия без спешки поставила пакет с продуктами на пуфик возле зеркала. Затем сняла шерстяной шарф, аккуратно расправила его и повесила на крючок.
Она выглядела совершенно спокойно.
Только в голове уже складывалась последовательность событий. Свекровь получила доступ к банковским документам. Эдуард каким-то образом позволил ей просмотреть свои электронные письма. Теперь они вдвоем устроили ей встречу, заранее подготовив обвинения.
— Эдуард, отойди, пожалуйста, — ровно сказала Юлия. — Ты полностью перекрыл вход.
— Ты еще будешь мне указывать?! — взвился он, отступая на полшага, но продолжая размахивать папкой перед ее лицом. — Мы все о тебе узнали! Целый год ты воровала деньги из семейного бюджета!
Юлия посмотрела на мужа, потом на бумаги в руках его матери.
— Убери папку. И не маши ею передо мной.
— Ты слышишь, как она разговаривает? — Эдуард повернулся к матери. — Она даже сейчас ведет себя так, будто мы перед ней оправдываться должны!
— Воспитание у некоторых людей полностью отсутствует, — спокойно заметила Тамара Антоновна. — Особенно когда им есть что скрывать.
Юлия вошла на кухню прямо в уличной обуви. Светлый кафель под ногами испачкался, и свекровь тут же недовольно поджала губы, но промолчала.
Женщина остановилась возле стола и посмотрела на распечатанные страницы.
В верхней части каждого листа действительно был виден логотип ее банка.
— Это выписки с моего личного счета, — сказала Юлия. — Любопытно.
— Ничего любопытного здесь нет, — важно ответила Тамара Антоновна. — Мой сын доверчивый и слишком занят работой, чтобы разбираться в семейных делах. А я не привыкла закрывать глаза на то, что происходит у меня под носом.
— У вас под носом происходит моя личная финансовая жизнь.
— Эдик дал мне пароль от своей электронной почты, — продолжила свекровь, будто не слышала ее. — Попросил удалить рекламные письма и проверить, не пришло ли чего важного. И что я обнаружила? Каждый месяц на его почту приходят уведомления от твоего банка. Отчеты, выписки, сообщения о переводах. Ты сама оставила следы.
Юлия сразу поняла, как все произошло.
Около трех лет назад, вскоре после свадьбы, они с Эдуардом приобретали бытовую технику и оформляли совместную виртуальную карту. Банк обещал повышенный кэшбэк, поэтому для удобства Юлия подключила к профилю электронный адрес мужа. Так чеки, уведомления о покупках и сообщения о доставке могли приходить сразу на его почту.
Позже виртуальной картой перестали пользоваться. Счет заблокировали, а вот настройки уведомлений никто не изменил. Банк продолжал автоматически отправлять ежемесячные отчеты на адрес Эдуарда.
Сам Эдуард, не видя в этом ничего опасного, отдал пароль своей матери.
А Тамара Антоновна решила воспользоваться доступом.
— Ты предоставил матери пароль от электронной почты, к которой когда-то была привязана моя банковская информация, — сухо сказала Юлия. — И даже не подумал изменить настройки или предупредить меня.
— Я не обязан ничего скрывать от собственной матери! — Эдуард ударил кулаком по столу. Лежавшая рядом чайная ложка звякнула о стенку пустой чашки. — И хорошо, что я ей доверяю! Иначе ты продолжала бы обворовывать нас у меня за спиной!
— Мы вместе работаем, вместе копим, вместе собираемся делать ремонт, — резко продолжил он. — А ты тем временем отправляешь деньги своим родственникам!
— В нормальном браке жена не может воровать у собственного мужа, — вмешалась Тамара Антоновна. — Но это не означает, что можно без разрешения распоряжаться средствами семьи.
Она достала один лист из середины стопки и положила поверх остальных.
— Вот перевод от четырнадцатого числа. Пятнадцать тысяч рублей. Получатель — твоя мать. А вот еще один, месяцем раньше. Четырнадцать с половиной тысяч. Ты регулярно содержишь свою родню за счет моего сына!