Эта душераздирающая история началась в подмосковном Дедовске почти три года назад и продолжается до сих пор. Матвей Иванов — полуторамесячный мальчик-отказник — пропал из детского отделения больницы. Когда уже никто не верил, что ребенок жив, он нашелся.
Почти три года мальчик жил в 10 километрах от места исчезновения, в поселке Павловская Слобода. Полицейские получили сигнал: у водителя Спахова растет сын, на которого не оформляли никаких документов. Мать, Елена Спахова, во всем призналась: я украла ребенка. Историю Елены мы рассказывали много раз. Забеременела от любимого человека, случился выкидыш, наплела Сергею и родным, якобы родила, но мальчику нужно побыть под присмотром врачей. Через неделю вернулась в больницу, чтобы выкрасть отказника. В новой семье его называли Егором.
На Спахову завели уголовное дело. Статья серьезная — «похищение несовершеннолетнего», от 5 до 12 лет реального срока. Мальчика забрали. Общество забурлило.
Одна сторона: Елена растила сына как родного. И надо оставить все как было, не ломать им жизнь. Пусть Спаховы Егора-Матвея воспитывают сами!
Другая: если оправдать ее поступок, потерявшие своих детей женщины начнут чужих тягать из больниц в массовом порядке.
РЕКОМЕНДОВАЛИ РЕБЕНКА ОТ 9 ЛЕТ
Что и говорить, натворила Елена дел, запуталась сама, запутала мужа. Но вот следствие в это дело Сергея втягивать не стало, приняли версию Елены — муж не догадывался, что ребенок неродной. Хотя поверить в это очень сложно. Однако поверили, и Сергей Спахов стал добиваться, чтобы его сделали кандидатом на усыновление Егора. Он прошел школу приемных родителей. Собрал все документы. Но в итоге срезался на экспертизе, которую проводили психологи.
В распоряжении «КП» есть эта экспертиза и сделанное по ней заключение управления опеки и попечительства Красногорска.
Психологи пишут, что у Спаховых в семье нет четкой иерархии. А самому Сергею «свойственны застенчивость, трудности социальной адаптации, недостаток практицизма, ранимость, повышенная чувствительность». Поэтому ему «рекомендовано рассмотреть возможность принять на воспитание ребенка в возрасте от 9 лет и старше». Егорке же сейчас чуть больше трех. Заключение сделано 22 марта. И вот уже почти полгода Сергей Спахов пытается опротестовать его в суде.
«Я ЕЕ ЗА ОБМАН ПРОСТИЛ»
Как могла повернуться жизнь этой семьи, после разыгравшейся драмы? Ведь очевидно — на обман Елена пошла, чтобы удержать любимого мужчину. Боялась, если Сергей узнает, что она не может родить, — уйдет из семьи. А ребенок связал все ниточки расползающегося счастья, Спаховы оформили брак, и жизнь потекла совсем по-другому. И вдруг такой крах! Какие чувства должны испытывать друг к другу супруги? Страх, ненависть, отвращение?
Елену Спахову судят — все идет к приговору. Прокурор просит для нее 5 лет условно.
На заседаниях Спаховы сидят трогательно обнявшись. Елена начинает плакать. Муж ее обнимает, успокаивает. Твердит постоянно: «Я ее за обман простил».
Заседания идут одно за другим. То они едут в Истру, где идет процесс по Елене. То в Красногорск, где суд разбирается по его иску.
На этой неделе было финальное заседание в Красногорском городском суде. Сергей и Елена снова вместе. Один из близких друзей Спаховых накануне рассказывал мне: «Сейчас главное отбить то дурацкое заключение психологов, из-за которого Сергею отказали в праве усыновления».
Но в суде случилось неожиданное. Представительница опеки заявила, что психологическая экспертиза вообще никакой роли не играла.
— Наше заключение о том, что Спахов не может быть усыновителем, основывалось прежде всего на том, что у него нет подтвержденного ежемесячного дохода и официального места работы.
Адвокат Спахова перекладывает справки: у его клиента есть грузовая машина, ее он сдает в аренду, есть сбережения на счету в банке.
— Раньше он официально работал, но из-за кризиса был сокращен. А с 1 октября снова выходит на работу.
Женщина из управления опеки продолжает:
— На момент заключения Сергей Спахов не предоставил никаких официальных документов о своих ежемесячных доходах. Мы не имеем права разрешить при таких вводных усыновлять ребенка. А суд — может. Были случаи, когда даже при наличии судимостей людям давали разрешение на усыновление…
Возникает пауза.
— Получается, Спахов зря оспаривает ваше заключение? — спрашивает судья.
Опека кивает.
Это и для самого Спахова стало настоящим откровением: он столько времени потратил, пытаясь опротестовать это заключение. А мог сразу просить усыновить Егора по суду, минуя все решения органов опеки!
— Вы ведь могли сказать мне, что даже с отрицательной историей я могу подать на усыновление! — злится он.
— Мы не обязаны этого делать!
— Зачем же было меня столько времени мариновать?!
Опека молчит.
Но судья должен принять решение по этому «бесполезному» иску. И он оглашает вердикт. Спахову в иске отказано. Суд Спаховы покидают в тяжелом молчании.
«СОВЕТУЮТ ПОДУМАТЬ ОБ ЭКО»
Спаховы считают, что их в этом деле откровенно сплавили. Намеренно затянули процесс.