«Я уже не девочка, чтобы там всё выскребать» — женщина в пятьдесят семь лет отказалась выполнить мою просьбу. Я не смог мириться с этой «естественностью» и ушёл
Галина лежала рядом — расслабленная, довольная, раскинув руки по подушке — и даже не догадывалась, что у меня в этот момент происходит внутри. Мы были у меня дома, в спальне, которую я заранее проветрил и застелил свежим бельём. А я лежал, смотрел в потолок и думал только об одном: как бы побыстрее уйти в душ и смыть с себя это ощущение, будто я только что был близок не с женщиной, а с каким-то неухоженным, потным мужиком, который просто надел женский парик.
Мне пятьдесят восемь. Я не красавец, конечно: есть небольшой живот, уже наметилась лысина, но за собой я слежу. Всегда считал, что возраст — это не повод превращаться в неряху. У меня в ванной стоит триммер, и я регулярно им пользуюсь. Подмышки, пах — это элементарная гигиена, особенно летом, когда температура поднимается под тридцать градусов. Волосы впитывают запах, удерживают пот. Это неприятно и негигиенично.
И я, честно говоря, был уверен, что современные женщины, тем более городские и образованные, это понимают без лишних объяснений. Оказалось — нет. Для кого-то «естественность» оказывается важнее, чем желание быть приятной своему партнёру.
Всё началось примерно месяц назад, на юбилее моего старого друга Паши. Отмечали в кафе на набережной, было шумно, весело, много людей. И там была она — Галина. Родственница жены Паши, двоюродная сестра из области, которая перебралась в город несколько лет назад.
Ей пятьдесят семь. Выглядела она, надо признать, хорошо. Платье сидело по фигуре, аккуратная причёска, лёгкий приятный аромат духов. Мы разговорились, немного потанцевали. Она оказалась интересной женщиной, начитанной, работает в архиве, голос спокойный, мягкий. Я, как разведённый мужчина, сразу заинтересовался. Подумал: вот она — нормальная женщина, без лишних претензий, не гонится за деньгами, а человек, с которым можно спокойно встретить старость.
Мы начали встречаться. Гуляли в парке, кормили белок, ходили в кино на какую-то отечественную комедию. Она вела себя достойно: не навязывалась, но и не изображала недоступность. Мы много разговаривали — о детях (у неё взрослый сын в Москве), о здоровье, о жизни.
С ней было легко. Я даже начал думать, что, возможно, со временем можно будет жить вместе. Всё-таки одиночество иногда особенно чувствуется по вечерам, когда возвращаешься в пустую квартиру, где только тишина и телевизор.
На пятом свидании я пригласил её к себе. Подготовился: накрыл стол, купил хорошее вино, сыр, фрукты. Всё прошло нормально — разговоры, музыка, потом танцы в гостиной. Дальше мы оказались в спальне. Я был в хорошем настроении, давно не было близости, хотелось тепла и ласки.
Она разделась. Фигура для её возраста вполне достойная. Но когда мы легли, и она подняла руки, чтобы обнять меня за шею…
Я сначала подумал, что мне показалось. Под мышками были густые тёмные волосы, длиной сантиметра два-три. Это было явно не «забыла вчера». Это выглядело так, будто к этому вопросу она не прикасалась очень давно. И сразу же появился запах — резкий, смешанный с духами, тяжёлый.
У меня мгновенно пропало всё желание. Но я не мог просто остановиться. Как-то довёл всё до конца, почти автоматически, стараясь не смотреть и не дышать глубоко. Это было крайне неприятно. Мне казалось, что я сам пропитался этим запахом.
Несколько дней я не выходил на связь. Пытался понять, что это было. Может, случайность. Может, она болела или не успела. Всё-таки человек хороший, не хотелось всё рушить. Решил поговорить.
Мы встретились, выпили кофе. Разговор не шёл, я нервничал. Уже на улице, когда шли к остановке, я решился.
— Галя, ты мне очень нравишься. Но есть один момент… Только не обижайся.
Она сразу насторожилась:
— Что случилось?
Я постарался говорить максимально аккуратно:
— Я очень внимательно отношусь к гигиене. Сам за собой слежу. И мне было бы приятно, если бы ты тоже уделяла внимание таким вещам, как… подмышки. Это и аккуратнее, и запаха меньше.
Я ожидал, что она смутится. Но она вдруг громко рассмеялась:
— Ты серьёзно? Мне пятьдесят семь лет! Я что, девочка, чтобы там всё выскребать? У меня кожа чувствительная, потом раздражение. И вообще, это естественно. Природа дала — значит, так надо. Моего мужа это никогда не смущало. Ты просто избалован.
Я попытался объяснить, что дело не в моде, а в элементарной гигиене. Но она резко ответила:
— Я этим заниматься не собираюсь. Кому нужно — примет меня такой. А кому не подходит — пусть ищет себе другую.
И в этот момент я понял, что дело даже не в волосах. А в её отношении. Ей просто не важно, что мне неприятно.
Позже я обратил внимание, что она не убирает волосы и на ногах. И тогда для меня всё окончательно стало ясно.
После этого я не стал продолжать общение. Она писала пару раз, я отвечал коротко, и всё постепенно сошло на нет.
Я много думал об этом и пришёл к нескольким выводам.
Для меня важна ухоженность и ощущение женственности. Мне важно чувствовать разницу между мужским и женским телом.
Для меня гигиена — это проявление уважения к партнёру. Я стараюсь для человека и ожидаю того же в ответ.
И, наконец, отношение к себе. Для меня уход за собой — это не про возраст, а про желание жить полноценно, а не просто существовать.
Сейчас я один. Вечер пятницы, тишина. Мог бы быть с ней, но понимаю, что не смог бы закрыть глаза на то, что вызывает у меня внутреннее отторжение.
Возможно, кто-то скажет, что я слишком требовательный. Но для меня это важная часть близости.
Буду ли искать дальше — не знаю. Но точно понимаю: заставлять себя мириться с тем, что неприятно, я не готов.
Как вы считаете — это действительно принципиальный момент или я перегибаю? Нужно ли принимать человека полностью или такие вещи допустимо обсуждать и ожидать изменений?