На её лице не дрогнул ни один мускул.
— Здравствуй, Анечка. Утомилась в дороге?
— Немного.
Я опустилась на стул напротив неё.
И впервые за долгие годы увидела перед собой не просто ворчливую пожилую женщину.
Передо мной сидел человек, который терпеливо ждал возможности уничтожить мою жизнь.
Денис вернулся на кухню.
— Чаю налить?
— Да, пожалуйста.
Я улыбнулась.
Если они рассчитывали увидеть истерику, значит, совершенно меня не знали.
В ту ночь я так и не заснула.
Денис, как обычно, быстро отвернулся к стене, натянул одеяло почти до головы и мирно засопел.
А я лежала рядом и смотрела в потолок.
В памяти один за другим всплывали эпизоды нашей совместной жизни.
Мы познакомились шесть лет назад.
К тому времени я уже добилась определённого успеха.
У меня был цветочный салон «Анна», два филиала, надёжные поставщики и постоянные покупатели.
Мне исполнилось тридцать два.
Я выросла в детском доме, всего достигла собственным трудом и наивно полагала, что прекрасно разбираюсь в людях.
Денис тогда преподавал физику в обычной школе.
Он был вдовцом и воспитывал восьмилетнюю дочь Машу.
Его первая жена умерла от рака, когда девочке было всего три года.
Однажды он пришёл в мой магазин за букетом к первому сентября.
Так и началась наша история.
Он казался скромным, внимательным и невероятно благодарным за любую заботу.
Маша быстро ко мне привязалась.
А я полюбила её почти сразу.
Через год мы поженились.
Ещё спустя год появился наш сын Тёма.
Я искренне верила, что наконец обрела семью, которой у меня никогда не было.
Денис уволился из школы всего через месяц после свадьбы.
Объяснил, что хочет помогать мне развивать бизнес.
Его энтузиазма хватило примерно на две недели.
Потом выяснилось, что торговля цветами ему неинтересна.
Затем начала болеть спина.
Позже появились жалобы на подавленное настроение.
Я не упрекала его.
Мне казалось, что после потери первой супруги человеку нужно время, чтобы окончательно прийти в себя.
Я убеждала себя, что смогу обеспечить всех.
Галина Степановна переехала к нам через год.
Официально — чтобы помогать с Машей и будущим внуком.
На деле она постепенно взяла под контроль почти всю мою домашнюю жизнь.
Её интересовало абсолютно всё.
Что я приготовила.
Почему так оделась.
По какой причине задержалась на работе.
Сколько денег потратила на косметику.
— Женщина должна быть поскромнее, Анечка. Муж — голова, а жена — шея. Только шея обязана быть гибкой.
И я старалась быть гибкой.
Я уступала настолько долго, что почти разучилась защищать собственные границы.
Теперь они решили сломать меня окончательно.
Я повернула голову к спящему мужу.
Он дышал спокойно.
Его явно не мучили угрызения совести.
Похоже, Денис даже не считал задуманное предательством.
В его представлении всё выглядело как восстановление справедливости.
Мужчина обязан быть главным.
А если жена зарабатывает больше, владеет квартирой и бизнесом, значит, необходимо исправить эту несправедливость.
Просто забрать у неё имущество.
И тогда всё встанет на свои места.
Я закрыла глаза.
Что ж. Вы решили начать войну. Значит, получите её.
Утром я поднялась раньше остальных.
Сделала небольшую зарядку.
Приготовила завтрак.
Когда Денис вошёл на кухню, его уже ждали яичница, нарезанные помидоры и свежий кофе.
— Ничего себе! — удивился он, целуя меня в щёку. — Спасибо, дорогая. Почему так рано встала?
— Не спалось. Заодно сходила в магазин.
Он сел, раскрыл газету.
Я смотрела на его руки.
На длинные пальцы, державшие страницы.
Совсем скоро этими же пальцами он собирался протягивать мне документы, которые должны были лишить меня всего.
— Денис, я хотела с тобой кое-что обсудить.
Он поднял голову.
Взгляд на мгновение стал настороженным.
— Что такое?
— Я очень устала. Работа, дом, дети… Чувствую, что мне необходимо немного разгрузиться.
Он отложил газету.
— Я тебе давно об этом говорю. Ты слишком много на себя берёшь.
— Может, ты поможешь мне с некоторыми делами? Я хочу передать тебе часть полномочий. Например, работу с документами.

Повисла короткая пауза.
Совсем незаметная.
Но я её уловила.
— Конечно, — ответил Денис. — Я ведь всегда предлагал помощь. Просто ты постоянно говорила, что справишься сама.
— Теперь передумала. Давай на этой неделе всё оформим. Подготовим доверенность, ты сможешь заниматься налоговыми вопросами…
— Доверенность? — повторил муж.
В его глазах вспыхнул жадный огонёк.
— Да, прекрасная мысль! Лучше сразу генеральную. Тогда я смогу решать любые вопросы, пока тебя нет.
— Именно так.
Он смотрел на меня почти с детским восторгом.
И в тот момент я окончательно поняла, что Денис действительно считает себя вправе распоряжаться всем, что я заработала.
Для него это не было грабежом.
Это казалось справедливым распределением семейных ресурсов.
Ведь он мужчина.
Глава семьи.
