В моей жизни были две женщины: жена и любовница.
Жена всегда собирала волосы в хвост, чтобы они не лезли в глаза, не попадали в тарелки и не касались лиц детей. Дома она обычно ходила в мягких, немного растянутых брюках и свободной футболке. В такой одежде удобно стоять у плиты, стирать мелкие вещи и протирать полы.
Лишь по праздникам жена надевала нарядную блузку и юбку, украшала уши крупными серьгами, запястья — браслетами, собирала детей и отправлялась с ними на различные фестивали. Без меня. Я не любил подобные мероприятия и всегда говорил, что слишком устаю за рабочую неделю. Хотя, возможно, дело было вовсе не в усталости, а в том, что это служило удобным оправданием перед семьёй. Проводив жену с детьми, я неожиданно находил в себе достаточно сил и отправлялся к другой женщине — своей любовнице. Да, я изменял жене!
Любовница предпочитала носить волосы распущенными, позволяя им свободно спадать на плечи. Они совершенно ей не мешали, как, впрочем, и никому другому. Детей у неё не было, особых домашних обязанностей тоже. По квартире она ходила в красивом распахнутом халатике, а ещё чаще — просто в кружевном белье. Когда живёшь одна, такую свободу легко себе позволить. И главное, она никогда никуда не торопилась. Никто и ничто не отвлекало её от меня: ни семья, ни дети, ни пожилые родители, ни стирка, ни приготовление еды.

Моя жена принадлежала к тем женщинам, которые каждое лето заготавливают на зиму огурцы и помидоры. По сотне банок за сезон. Потому что я не представлял себе обеда без домашних солений. Она умела великолепно лепить пельмени и вареники с вишней, заготавливая их за зиму сотнями. Ведь я их очень любил, да и семью нужно было чем-то кормить.
С любовницей во время обеденного перерыва мы частенько заходили в какой-нибудь суши-ресторан. Ей нравилась вся эта необычная, как она говорила, экзотическая еда. А я благодаря ей даже научился довольно ловко пользоваться палочками. Иногда ведь можно позволить себе и такое удовольствие.
Когда я познакомился с любовницей и впервые изменил супруге, семейная жизнь уже начала казаться мне тяжёлой обузой. Мне представлялось, что Валю волнует исключительно один вопрос: когда я принесу домой зарплату. Детям тоже постоянно что-нибудь требовалось. То из обуви выросли, то в школе снова собирают деньги на очередные нужды…
Любовница периодически преподносила мне небольшие подарки. Всякие приятные мелочи, которые приходилось прятать от жены в кладовке среди инструментов. Иногда она дарила дорогие канцелярские принадлежности. С ними было проще: при необходимости всегда можно было объяснить, что такие вещи закупили для всего офиса. Я тоже регулярно делал ей подарки. Правда, она предпочитала выбирать их самостоятельно.
После рождения детей жена немного поправилась. Конечно, её фигура уже не была такой, как в молодости. Она и одежду стала покупать более свободную, избегая облегающих вещей. Наверное, стеснялась изменившегося тела.
А любовница, хотя и не изнуряла себя тренировками в спортзале, благодаря отсутствию детей и хорошему питанию сохраняла такую же стройность, какой могла похвастаться в двадцать пять лет. С такой женщиной было не стыдно появиться перед друзьями.
Приятели давно привыкли к моей двойной жизни. Они спокойно принимали меня в гостях вместе с любовницей. Но, что удивительно, с гораздо большим удовольствием сами напрашивались к нам домой — на домашние пельмени, наваристый борщ, свежие пирожки… Далеко не каждому из них повезло жениться на такой замечательной хозяйке. Уходя из нашего дома, они неизменно целовали моей супруге руки, а затем недоумённо пожимали плечами, глядя на меня. Словно спрашивали: «Чего тебе ещё, мужик, не хватает?»
В такие минуты я действительно испытывал огромную гордость за свою семью. За уютный, безупречно чистый дом. За умных и воспитанных детей, которых жена водила на бесчисленные кружки и дополнительные занятия. За их привлекательную внешность — все светловолосые, красивые, похожие на мать. И, конечно, за саму супругу, такую гостеприимную, обаятельную и внимательную к каждому гостю.
Время пролетало незаметно. Моя привычная жизнь практически не менялась. Разве что постепенно любовница стала для меня почти такой же близкой, как законная жена. Прежние неудобства, связанные с необходимостью скрывать отношения, превратились в обыденные привычки. И однажды я с удивлением обнаружил, что действительно боюсь потерять эту женщину. Раньше я никогда не признавался ей в любви и не обещал уйти из семьи. Напротив, ещё в самом начале наших отношений честно предупредил, что жену и детей не оставлю. Но теперь начал говорить любовнице о каких-то глубоких чувствах, которых прежде даже не замечал в себе. Просто потому, что неожиданно стал её ревновать…
