«Извини, Валерий, я правильно услышала? Ты предлагаешь мне оплатить половину всего этого счёта?»
Он посмотрел на меня с явным раздражением, будто я задала невероятно глупый вопрос.
«А что тебя смущает? В ресторане счёт делится пополам. Я не спонсор, чтобы кормить малознакомых женщин. Мы же современные люди. Я сразу говорил, что хочу равных отношений. Или ты из тех, кто готов продаться за кусок мяса?»
Такой наглости я, честно говоря, давно не встречала. Мой салат и чай стоили ровно тысячу двести рублей. Всё остальное — больше пятнадцати тысяч — приходилось на его два огромных стейка и бутылку дорогого вина, к которым я даже не притронулась. По сути, он решил роскошно поужинать наполовину за мой счёт, прикрывая обычную жадность красивыми словами о европейском равноправии.
В первые секунды мне очень захотелось устроить сцену. Хотелось сказать этому самодовольному манипулятору в приличном костюме всё, что я думаю о его «принципах» и мужском благородстве. Но я бухгалтер. Я привыкла работать с цифрами и знаю: там, где можно обойтись точным расчётом, лишние эмоции ни к чему.
Я улыбнулась ему самой обаятельной улыбкой.
«Знаешь, Валерий, ты совершенно прав. Я тоже за европейский подход, самостоятельность и финансовую честность. Извини, я буквально на минутку отойду припудрить носик, а потом мы всё решим».
Он самодовольно ухмыльнулся, явно решив, что его нехитрый фокус удался. Откинулся на спинку дивана и принялся ковырять зубочисткой в зубах.
Я поднялась, взяла сумочку и направилась в сторону туалета. Но по пути свернула к стойке администратора, где как раз стоял наш официант.
«Молодой человек, — сказала я негромко, но уверенно, — будьте добры, пробейте мне отдельный счёт. За четвёртым столиком я заказывала только зелёный салат с креветками и чай».
Официант, видимо, уже успел понять ситуацию и без лишних вопросов кивнул. Он быстро нажал несколько кнопок на терминале.
«Тысяча двести рублей», — сообщил он.
Я приложила карту, оплатила свой заказ и добавила триста рублей наличными ему лично на чай.
«А всё остальное, — я сделала небольшую паузу, — включая два рибая и бутылку вина, пожалуйста, передайте моему спутнику. Он очень настаивал на раздельной оплате, как истинный европеец».
К столу я уже не вернулась. Я спокойно прошла через зал так, чтобы Валерий меня заметил. У самого выхода я поймала его взгляд. Он всё ещё сидел в ожидании, уверенный, что сейчас я вернусь и покорно достану кошелёк. Я послала ему воздушный поцелуй, дружелюбно помахала рукой и вышла в прохладную московскую ночь.
Пока я ехала домой на такси, телефон буквально разрывался. Валерий звонил раз пять подряд. Потом начали приходить сообщения. Сначала растерянные: «Анна, ты где? Официант требует оплату». Потом возмущённые: «Ты что себе позволяешь?» А дальше уже откровенно злые: «Ты мелочная, корыстная аферистка! Так нормальные люди не поступают!»
Позже выяснилось, что у «успешного бизнесмена» на карте даже не оказалось нужной суммы, чтобы оплатить ужин, который он сам же себе заказал. Ему пришлось звонить знакомым и просить занять денег, чтобы закрыть счёт за собственную жадность.
С огромным удовольствием я заблокировала его номер и удалила переписку. Так я познакомилась с настоящим современным «делителем счёта» — мужчиной, который так боится, что его используют, что сам с радостью готов устроиться на шее у женщины, называя свою скупость красивыми словами о равенстве.
А вам встречались такие персонажи — люди, которые пытались решить свои финансовые проблемы под видом честного партнёрства и современного равноправия? Как вы выходили из подобных ситуаций?