Гости быстро оделись. Уже в прихожей Инга крепко пожала Оксане руку и тихонько произнесла:
— Если что-нибудь понадобится, обязательно звони.
— Спасибо. Позвоню.
Когда за последним гостем захлопнулась входная дверь, Андрей резко развернулся к жене.
— Ты вообще соображаешь, что натворила?! Перед всеми меня опозорила!
— С этим ты прекрасно справился самостоятельно.
— Да кто ты такая, чтобы выставлять меня из дома?!
Оксана достала из папки ещё один документ и положила его поверх остальных.
— Я женщина, которая три месяца назад окончательно поняла, что ты не собираешься искать работу, зато прекрасно умеешь искать удобное место на диване. Женщина, которая ещё в мае перестала оплачивать твои прихоти. И женщина, которая сегодня убедилась, что любые попытки договориться с тобой бессмысленны.
Андрей пристально уставился на супругу. На мгновение в его глазах вместо ярости появилось выражение напряжённого расчёта. Оксана хорошо знала этот взгляд. Именно так муж выглядел, когда пытался определить, на какую слабость собеседника можно надавить.
— Ты ведь не выставишь собственного мужа посреди ночи, — заговорил он заметно мягче. — На улице жара, все устали, перенервничали. Поругались, и достаточно.
— Я не отправляю тебя ночевать на улице. У тебя есть мама, брат, отцовская дача. Наконец, имеются друзья, перед которыми ты только что демонстрировал своё потрясающее чувство юмора. Выбирай любой вариант.
— А мои вещи?
— Всё необходимое соберёшь сейчас. За остальным приедешь в другой день, когда заранее договоримся. И обязательно в присутствии свидетелей.
Андрей неожиданно громко рассмеялся.
— Так ты заранее всё спланировала?
— Да.
Одно короткое слово подействовало на него сильнее, чем самый громкий скандал.
Оксана действительно готовилась. Только не к сегодняшней ссоре, а к моменту, когда муж окончательно переступит все допустимые границы. Она терпела не потому, что была беспомощной. Она наблюдала и делала выводы. Подсчитывала расходы, самостоятельно закрывала финансовые проблемы семьи, постепенно ограничивала доступ Андрея к своим банковским картам, переводила коммунальные платежи на отдельные реквизиты, обновляла пароли и хранила важные бумаги там, где он не мог до них добраться.
Она прекрасно понимала: с человеком, который привык существовать за чужой счёт, но при этом изображать полновластного хозяина, нельзя действовать исключительно под влиянием эмоций.
Ещё весной Оксана обратилась за юридической консультацией. Не ради эффектных угроз, а чтобы точно разобраться в собственных правах и отделить реальные нормы закона от семейных заблуждений.
Детей у супругов не было. Квартира принадлежала Оксане. Совместно нажитого имущества, ради которого стоило бы затевать серьёзную борьбу, практически не осталось: Андрей ещё раньше распродал свою дорогую технику и некоторые ценные вещи, объясняя всё «временными финансовыми затруднениями».
Автомобиль Оксана приобрела до замужества и зарегистрировала на своё имя. Если супруг откажется разводиться добровольно, вопрос можно будет решить в судебном порядке. К этому женщина тоже была готова.
— Ты ненормальная, — сквозь зубы процедил Андрей.
— Ты опять переходишь к оскорблениям, потому что сказать по существу тебе нечего.
Он сделал шаг в её сторону.
Оксана осталась на месте. Только взяла со стола мобильный телефон и положила его перед собой экраном вверх.
— Андрей, даже не думай совершать глупости. В нашем доме отличная слышимость. Соседи сейчас дома. Если ты начнёшь крушить мебель или хватать меня за руки, я не стану продолжать этот разговор без посторонней помощи.
Муж остановился.
Его взгляд заметался по комнате: папка с документами, телефон, закрытая входная дверь, пустая гостиная после ухода гостей. Всё происходящее впервые не напоминало привычную схему, в которой он давил, а Оксана старалась сгладить конфликт.
— Ты меня предала, — наконец произнёс он.
Оксана даже не изменилась в лице.
— Нет. Я всего лишь перестала обеспечивать тебе удобную жизнь и терпеть унижения.
— Но я же твой муж!
— Пока ещё да. Но это не делает тебя моим владельцем.
Он тяжело опустился обратно в кресло. Теперь уже не вальяжно развалившись, а ссутулившись и глядя на жену с откровенной неприязнью.
— И ты всерьёз рассчитываешь, что я прямо сейчас возьму сумку и уйду?
— Я предполагаю, что сначала ты попытаешься вызвать жалость. Потом перейдёшь к угрозам. Затем предложишь отложить разговор до завтра. А если я соглашусь, утром будешь вести себя так, словно ничего не произошло. Поэтому нет, Андрей. Сегодня ты покидаешь эту квартиру.
Он посмотрел на неё с неподдельным изумлением. Не потому, что услышал что-то совершенно новое. Просто впервые осознал: жена уже провела этот разговор заранее, без его участия. Мысленно разобрала каждый возможный вариант и приняла окончательное решение.
— Никуда я не пойду, — упрямо заявил он.
Оксана кивнула, будто именно такого ответа и ожидала.
