В последнее время мир обуяла странная болезнь, при которой еда стала считаться вредной. Школьники, многие девушки и юноши, тем более женщины после 45-50 тщательно составляют свой рацион питания из кашек, отварной грудки, салатиков, отрубей, считают вредным красное мясо, сметану, молоко, хлеб, картошку, колбасу и много других продуктов.
Но вот в чем задача – сил нет – после работы валюсь на диван, утром просыпаюсь с трудом, до обеда чувствую себя разбитой, постоянно то ангина, то ОРВИ, гастрит, головная боль. Я и в спортивный клуб постоянно хожу, и витаминные овощи и фрукты ем, но здоровье не улучшается. Вино пью редко, крепкие алкогольные напитки – никогда, пивом не увлекаюсь.
Как-то я поехала в родной город, в котором не была 40 лет (с раннего детства), остановилась у маминой двоюродной сестры, которой в этом году исполнилось 90 лет. Я ожидала встретить измученную годами старую женщину, но увидела очень шуструю старушку с радостной улыбкой. Тетушка встретила меня густым борщом со свининой, заправленным сметаной с рынка, булочками с чесноком к борщу собственного приготовления, селедочкой, соленьями из маленьких бочонков и… коньячком. В конце еды тетушка вспомнила, что не поставила на стол краковскую колбасу и побежала за ней на кухню. Моя мама тоже любила эту колбасу.
Оказывается, тетушка ест все! Да, именно все. У нее в холодильнике и сало есть (оказалось очень вкусным), а в шкафу – коньяк, она его добавляет утром в чай (1 чайную ложку), может выпить по праздникам.
Утром после завтрака (вареники с творогом) мы пошли с тетушкой на местный рынок, чтобы запастись настоящей деревенской сметаной, в которой ложка стоит, и творогом, «настоящим, жирненьким, нежным», которые привозит знакомая продавщица всего 2 раза в неделю. Тетушка вот уже 20 лет старается покупать «молочку» только у нее. «А иногда свежих сливок так хочется в чай добавить, так и их покупаю», — рассказывает тетушка. Я с ужасом говорю, что эти продукты слишком жирные, и я такое не ем, но тетушка меня не слушает: «И что это сейчас выдумали – еды бояться. Раньше только о том и думали, чтобы еда была, да посытнее, иначе не поработаешь».
Кроме «молочки» мы купили свинины (ведь вечером ее внуки придут со мной знакомиться, да сын, которого я не видела с момента переезда в другой город), надо накормить. Купили свежей рыбки на уху и поджарку, даже печень ската, чтобы из нее выпарить рыбий жир. Тетушка его сливает в бутылку и каждые день выпивает по столовой ложке и закусывает хлебом и соленым огурцом. Я не могла представить, что смогу взять в рот хотя бы чайную ложку рыбьего жира.
Тетушка не худая, но и не толстая, очень маленького роста, говорит, что раньше повыше была, а сейчас вниз растет. И, что странно, ничего у нее не болит, кишечник и желудок в полном порядке. «Вот давление высокое, так возраст, главное, что голова при повышенном давлении не болит». «Я на здоровье не жалуюсь», — говорит тетушка, «только на возраст жалуюсь, отдыхать часто приходится. Днем не посплю, так вечером сил нет». «А спите ночью как», — спрашиваю. Оказывается нормально, ложится примерно в 11 вечера, иногда позже, если фильм интересный, просыпается часов в 8 утра.
После рынка я решила прогуляться по своему родному городу, сходить к дому детства. Когда вернулась, тетушка хлопотала на кухне. Разносился аромат тушеной с картофелем свинины (тетушка называет это блюдо соус), на сковороде жарилась рыба. «У нас сегодня рыба на обед», — сказала тетушка. И поставила на стол огромную миску с ухой из кефали, бычков и барабульки (султанки). Удивительно, с каждой ложкой уха мне казалась только вкуснее, я не ожидала, что съем все, но съела. Никогда в жизни такой вкусной ухи не ела. Теперь я понимаю маму, которая все время тосковала о свежей черноморской рыбке. Жареные бычки меня совершенно покорили, я тщательно, не спешно отделяла мелкие косточки, которых было довольно много, и ела, ела… «Вот и я бычки жаренные люблю, ем их как семечки», — сказала тетушка.
После обеда тетушка решила поспать и уложила меня спать в своей комнате на мягкую кровать с металлическими пружинами. На такой я любила прыгать в детстве, но не всегда получалась, поскольку на заправленной кровати очень часто лежало полотенце или наволочка, на которых сушилась домашняя лапша. Я погрузилась в мир детства и мгновенно уснула, хотя уснуть днем мне не удавалось уже лет 15.
Вечером после работы пришли родственники, долго поминали родных, пили за здоровье и ели, ели, ели. Тетушкины сыновья и внуки ели с аппетитом, радостно, их не надо было уговаривать, а мне тетушка постоянно подкладывала что-нибудь вкусное. И я ела, все ела, даже сало попробовала. После еды пили слабый чай с вареньем и ватрушками, оказывается, тетушка их накануне испекла. Тетушка ела вместе со всеми, может чуть поменьше: «Мужчинам больше надо, им работать надо, а я только отдыхаю», приговаривала тетушка.
Находясь в гостях в тетушки, я не переставала удивляться, что так много ем, а тетушка приговаривала: «Да изголодалась ты».