Людмила Петровна общалась с Машей вполне нормально.
Расспрашивала про школу, художественную студию, новые рисунки.
Извинений от неё так и не прозвучало.
Но к тому моменту я их уже и не ждала.
Когда праздник закончился, свекровь попросила Андрея на следующий день съездить с ней в магазин и забрать небольшой стеллаж.
Андрей достал телефон, открыл наш общий календарь и повернулся ко мне.
— Тебе завтра машина после двух нужна?
— До трёх.
Он посмотрел на мать.
— Тогда смогу отвезти тебя после трёх, если тебе подходит.
Людмила Петровна недовольно заметила:
— Раньше всё как-то проще было.
Андрей пожал плечами.
— Потому что раньше я сначала обещал тебе, а потом спрашивал Наташу. Теперь будет наоборот.
На следующий день после трёх он действительно отвёз мать в магазин.
Примерно через час вернулся и положил ключи на привычную полку в прихожей.
Маша в это время сидела в своей комнате и раскрашивала открытку теми самыми маркерами, которые получила от бабушки.
Собственный планшет мы купили ей только весной.
К тому моменту он действительно понадобился и для школы, и для рисования.
Мы выбирали его втроём, спокойно, без обиды и без желания что-то кому-то доказать.
Людмила Петровна увидела планшет значительно позже, когда Маша пришла показать ей новый рисунок.
— Нравится? Хороший? — спросила бабушка.
— Хороший, — спокойно ответила Маша и снова продолжила рисовать.
Когда пришло время ехать домой, я надела пальто и взяла с полки ключи от своей машины.
На этот раз никто даже не предложил мне их оставить.