Нормальный, не токсический стыд является важным регулятором поведения человека. Стыд помогает контролировать уровень психического возбуждения, останавливая неуправляемую активность в том месте, где появляется взгляд другого человека. Стыдом я подтверждаю значимость видения другого. Если стыда нет – тогда можно все. С другой стороны, стыд появляется тогда, когда дело касается нас самих. Когда то, что происходит, очень интимно и имеет прямое отношение к нам «настоящим». Отсутствие стыда также говорит о том, что я плохо представляю, кто я такой.
Стыд – это чувство, возникающее в контакте. Чтобы появился стыд, необходим тот, кто наблюдает и стыдит. Бесстыдство, таким образом, является следствием тотального обесценивания тех, кто раньше был дорог, или к кому получалось прислушиваться.
Одиночество и негативизм
Обладатели синдрома Диогена всячески демонстрируют свою самодостаточность. Складывается впечатление, что они не только не нуждаются в контактах, но и воспринимают попытку близких быть с ними рядом как угрозу. Может быть, эта угроза связана со страхом нарушения привычного уклада жизни, поскольку способ существования Диогена редко находит поддержку у окружающих. А может быть, ощущение угрозы возникает в ответ на неудачу обеспечить себя достаточной поддержкой, и тогда недовольство собой у Диогена проецируется на окружающих, превращаясь в подозрительную активность, от которой приходится защищаться.
Итак, Диоген отрицает свою нужду в окружении. Но как известно, за демонстративными переживаниями часто скрывается их полная противоположность. Неспособность устанавливать доверительные отношения с людьми приводит к чрезмерной фиксации на своеобразных «промежуточных» объектах, которыми становятся потенциально полезные предметы – с ними устанавливается прочная связь, разрыв которой провоцирует возвращение всепоглощающего одиночества.
Профилактика и коррекция
Если синдром Диогена является дорогой от общества к себе, тогда лучшим способом профилактики станет поддержка обратного процесса. Возможно, синдром Диогена появляется как реакция на отчаяние и невозможность найти свое место в чужом мире. Тогда человек начинает формировать мир вокруг себя из доступного хлама и отходов жизнедеятельности других, более успешных людей.
В гештальт-терапии важным признаком психического здоровья является хорошо организованный процесс обмена между организмом и окружающей средой: когда опознанные в теле потребности находят свое удовлетворение в том, что находится за его пределами. «Музей бесполезных изделий», в котором живет Диоген-Плюшкин, создает вокруг организма непроницаемый барьер, за который не может проникнуть жизнь.
Один герой говорил:
«Когда чаша страдания переполняется, ее необходимо отдать обратно».
Также можно поступать и в случае Диогена. Например, оставить себе только то, что полезно или хотя бы просто красиво в данный момент. Человек – это то, что он поддерживает. То усилие, которое разворачивается здесь и сейчас. Важнее сосредоточиться на обмене, на взаимодействии между собой и окружением, чем собирать результаты этого опыта. Со слов Мамардашвили, прошлое является врагом мысли. Если посвящать много времени на ревизию того, что уже произошло, на настоящее может не хватить усилий.
Помощь Диогену заключается в попытке развернуть его в другую сторону – от обесценивания отношений в сторону признания их важности, от разочарования в предоставленных миром возможностях к ценности собственного бытия, от бесконечной ревизии прошлого и подготовки к будущему (а вдруг весь этот хлам пригодится и спасет мир) к погружению и присутствию в настоящем.