Расследование возобновились лишь после того, как Иван смог начать говорить — он не только дал показания, но и опознал человека, который наносил ему травмы — командира отделения. Сейчас дело вновь ведет следственное управление областного полицейского главка. По словам матери, следователи сейчас ждут еще одну экспертизу, которую делают в Екатеринбурге.
При этом у родных Ивана складывается ощущение, что уголовное дело спускают на тормозах. Вскоре после случившегося из ОМОНа уволились почти все причастные к истории: командир подразделения Владимир Бутра, фельдшер Иван Фатеев, замкомандира роты. А командир ОМОНа Олег Сидорчик всеми силами пытается дистанцироваться от произошедшего.
«В первый раз мы увиделись с ним в больнице, после чего он сбежал в командировку в Дагестан на полгода, оставив улаживать все дела своих заместителей, — говорит Наталья Голиней. — За все время болезни сына он ни разу так и не появлялся — не приходил, не звонил и не интересовался, как там чувствует себя его боец — звонили только его подчиненные. Второй раз я увидела его уже в феврале 2016, когда пришла к нему на прием: он заявил, что не считает себя виновным ни в чем».
Не чувствует за собой вины и командир отделения — он заявил, что не выходил на бой с Иваном. «Меня спрашивали в Следственном комитете, стоял ли я с ним в спарринге. Я сейчас помню, что ли, кто там с ним стоял? — говорит Владимир Бутра. — Этот же вопрос был на полиграфе — нас всех прогнали через полиграф. Все ответы есть в уголовном деле». Он настаивает на том, что Голиней получил травму головы в нерабочее время.
Так он выглядел уже в больнице после операции
«Бытовая травма»
У матери Ивана случившееся до сих пор не укладывается в голове. «Я прекрасно понимала, куда шел мой сын: омоновцы ездят в горячие точки, это опасно. Но он всегда был самостоятельным, и я приняла его выбор, — говорит мать полицейского. — Но
если бы я знала, что его будут проверять на стойкость ударами в голову! Это же полный идиотизм! Если бы он получил раны где-то в бою, я бы не так все это воспринимала, а тут до полусмерти избили свои же!»
Беспокоит мать Ивана и та мысль, что из-за трусости командиров ОМОНа и их желания все скрыть ее сын стал инвалидом первой группы. «Если бы они сразу отвезли его в больницу, таких страшных последствий не наступило бы, — говорит Наталья Голиней. — Они подкосили нашу семью под корень: работает один отец, мне пришлось уволиться — я каждый день езжу с Ваней на реабилитацию (грязи, ванны, ЛФК, массажи), если этого не делать — сразу же идет „откат“ назад».
Один курс реабилитации в санатории «Тараскуль» стоит 218 тысяч за 33 дня — по сути, все деньги семьи уходят на лечение сына. При этом государство им ничего не компенсирует. «Если бы травма была производственной, путевки в санаторий были бы бесплатными, — объясняет Наталья Юрьевна. — Но врачебная комиссия на основании справки командира отряда признала травму непроизводственной, поэтому мы все проходим платно!» По оценкам медиков, восстанавливать здоровье Ивану Голинею предстоит еще года три.
Кроме того, мать Ивана переживает и за других молодых людей, поступающих на службу в ОМОН.
«Официально такие спарринги запрещены, но я слышала, что и после нашего случая они продолжаются, — говорит Наталья Голиней. — И не факт, что какая-нибудь мать не получит своего сына в таком же состоянии — если он вообще выживет».
По слухам, в истории отряда было уже несколько смертельных случаев, связанных с избиением новобранцев во время спаррингов.
«То, что случилось с сержантом полиции Иваном Голинеем, большая трагедия для него и его близких», — признали в Главного управления МВД по Тюменской области. По словам сотрудников пресс-службы, после трагедии руководство и сослуживцы Ивана помогали ему и его семьи всеми силами.
«Руководство и личный состав ОМОН УМВД России по Тюменской области постоянно поддерживали связь с родителями Ивана, оказывали помощь в транспортировках на реабилитацию и морально-психологическую поддержка, — рассказали в тюменского ГУ МВД. — Оформлены документы на выплату страховой суммы по факту получения травмы и документы для получения выплаты по установлению группы инвалидности». Деньги для оказания помощи Ивану собирали не только омоновцы, но и многие другие тюменские полицейские.
Фотографии с реабилитации Ивана Голинея
