Для них отдых на круизном лайнере — это манна небесная. Они отрываются в эти четыре дня, как в последний раз. Едят, пьют, плавают в бассейне. Ужасно мусорят. Американец может выбросить коктейль или мороженое по пути в коридоре или прямо на палубе. 90 процентов гостей так себя ведут. Для них вырвать или испражниться в бассейн — это обычное дело. Они делают это повсюду. Это называется vomit incident. Американец еще и сообщит об этом менеджеру и потребует медицинскую помощь. Тонны мусора, тонны жратвы — все это перерабатывается в garbage room круглосуточно, и часть выбрасывается в море, а что-то в порту. Поэтому в Америке сильна тема экологии — как переработать весь этот бесконечный мусор, если система общества основана на потреблении.
«Некоторые американцы покупают круизы, чтобы умереть на корабле. Если ты скончался в круизном маршруте, компания оплачивает твое погребение, которое слишком дорогое для необеспеченного американца».
Очень много людей, которые находятся буквально на пороге смерти. В инвалидных креслах, в кислородных масках. Есть специальная комната с медицинским оборудованием для таких туристов. Там есть все: специальные стулья, препараты для диализа, препараты для вентиляции легких. Многие так и ездят из круиза в круиз, надеясь умереть именно на корабле. Морг на лайнере, соответственно, имеется.
Американцы ужасно ленивые. Они арендуют инвалидные кресла, скутеры, потому что им лень передвигаться по кораблю самостоятельно. Они спрашивают, есть ли на корабле горизонтальный лифт! Но на корабле есть даже тюрьма для особо буйных клиентов. У меня был случай, когда муж жестоко избил свою жену, при этом разнес весь номер в щепки. Пришлось его скрутить и отправить в заключение до конца путешествия. Его жене дали новую каюту. А ему выставили счет за ущерб имуществу в номере.
«Если корабль начнет тонуть, гости погибнут, а персонал — нет»
Иногда туристы прыгают за борт. Это может быть суицид или просто пьяная выходка. Обычно прыжки заканчиваются летальным исходом. Ведь это все равно что прыгнуть с крыши девятиэтажного дома, плюс корабль движется с большой скоростью.
В мой круиз такое случилось. Муж прыгнул за борт на глазах у своей супруги. В четыре часа утра раздался сигнал тревоги. Объявили: человек за бортом. Странное в этой ситуации, что ты просыпаешься и первым делом смотришь свои emergency duties. Это такой свод правил и действий на случай катастрофы. В мои emergency duties «in case of real emergency» входила организация работы команды по доставке в спасательные шлюпки пассажиров со special needs, то есть инвалидов, беременных, пьяных и так далее. Так смешно, в США пьяный — это человек со special needs.
У всех нас есть карточки, где прописано, что ты должен делать на все случаи жизни: тонет корабль, пожар, ядерная атака или тонущий пассажир. К слову, раз в неделю, вне зависимости от того, в какую смену ты отработал, свободные часы у тебя либо нет, тебя вызывают на drill, где прорабатывается сценарий поведения персонала на случай кораблекрушения. Штука абсолютно бесполезная, потому что каждый понимает и знает: если случится катастрофа и корабль начнет тонуть, никто не будет следовать этим идеалистическим сценариям, а начнется паника. И никакие crowd management навыки тебя не спасут. Интересен тот факт, что, если корабль действительно начнет тонуть, гости погибнут, а персонал — нет, потому что при определенном градусе крена life boat для гостей не спустишь, а life raft для крю — запросто.
И вот первая твоя мысль после пробуждения — не о том, что где-то сейчас умер человек, а «у меня есть emergency duties или я могу поспать?» Смотришь в карточку — «о, у меня это не прописано, и я могу не вставать с постели». А потом — «стоп, ты что, так нельзя, там человек умер!». И бежишь на палубу.
Корабль начинает делать круги, включаются огни, которые просвечивают воду и ищут тело, если ночное время суток. Плюс подключаются другие корабли, которые помогают искать упавшего за борт туриста. Днем уже подключаются вертолеты и береговая служба. Поиск должен продолжаться 72 часа. Но гости корабля начинают возмущаться и жаловаться соответственно, что они не могут продолжить свой круиз из-за смерти какого-то человека. Помню, мимо меня прошла одна туристка и сказала: «Если они мне не вернут мои деньги, то я их засужу». На смерть человека им совершенно плевать. Поэтому с корабля снимается ответственность достаточно быстро, и поиски передаются береговой охране. К сожалению, часто погибших так и не находят.
Вместо вывода
Ship life — это огромная клоака. Немного смерти, немного любви — там, где обслуживающий персонал врастает в эти стены, привыкает к людям, которые вместе с ним впахивают в этом большом организме, туристы — пьют до потери сознания, постоянно едят, испражняются где попало и иногда умирают.
Но, погружаясь туда, особенно если можешь думать и анализировать, приобретаешь несколько бесценных навыков. Например, мой эмоциональный фон выровнялся — после обрушившегося потолка либо двух embarkation days в неделю довести меня до ярости теперь очень сложно. Я перестала осуждать. Осуждать людской выбор, людские поступки, эмоции, модели поведения. Просто наблюдая, я стала впитывать опыт и знание, мне стало проще понимать людей и моя коллекция человеческих странностей пополнилась. Я стала легче переносить разлуку и расставание с людьми, с местами. Возможно, друзья, приобретенные мной за контракт, останутся на долгий срок — я не загадываю, время покажет.
На корабле ты учишься организовывать свое время. Там, если оно появляется и ты им разбрасываешься, а не направляешь в правильное русло, через пять месяцев можешь обнаружить себя в ситуации дичайшего стресса. Вспомните фильмы на тему дня сурка. А на корабле день сурка длится месяцами.