Муж решил отметить день рождения в нашей квартире и пригласил всех своих родственников. На протяжении вечера свекровь и золовка придирались ко мне и каждому приготовленному блюду, пока моё терпение окончательно не иссякло.
Недавно Сергею исполнилось сорок лет. Дата серьёзная и символичная, поэтому я сразу предложила заказать столик в хорошем ресторане. Мне не хотелось несколько дней стоять у плиты, а затем валиться с ног от усталости. Я мечтала о красивом зале, приятной музыке и возможности провести праздник рядом с мужем, а не бегать весь вечер между кухней и гостиной. Но Сергей отмахнулся, заявив, что тратить столько денег бессмысленно.
— Зачем платить незнакомым поварам? — сказал он. — Ты готовишь намного вкуснее. Позовём только самых близких: маму, сестру с мужем, тётю Ольгу и ещё нескольких родственников. Всего человек десять-пятнадцать. Посидим дома, спокойно и по-семейному.
Я прекрасно понимала, что скрывается за выражением «посидим по-семейному». Два дня непрерывной готовки, уборка полов, чистка зеркал, походы по магазинам, огромные миски салатов, маринование мяса и обязательная улыбка, словно всё это не потребовало от меня ни времени, ни сил. Но я всё равно согласилась. По неизвестной причине раньше я почти всегда соглашалась.
К началу торжества я была совершенно измучена. На пальце красовался пластырь: торопясь нарезать сыр, я случайно порезалась. Утреннюю причёску давно следовало поправить, а ноги болели настолько сильно, что хотелось лечь прямо на пол и больше не двигаться. Ровно в шесть часов раздался звонок. Свекровь Раиса Петровна и золовка Ирина переступили порог с видом строгой проверяющей комиссии.
— У вас здесь настоящая парилка, — вместо приветствия заметила свекровь. — Неужели нельзя было заранее проветрить? Серёже необходим свежий воздух, он плохо переносит духоту.
Я промолчала и проводила их к накрытому столу. Гости расселись, а я продолжала носиться между комнатами: подавала блюда, уносила использованную посуду, приносила хлеб и доливала напитки. Сергей расположился во главе стола, принимал поздравления и довольно улыбался, будто еда приготовилась, а квартира убралась сама собой.
Первыми обсуждению подверглись салаты.
— По-моему, ты пожалела заправки, — сказала Ирина, тщательно перемешивая содержимое тарелки вилкой. — Получилось суховато. Я обычно добавляю больше соуса, тогда вкус становится гораздо насыщеннее.
Я заставила себя улыбнуться и заметила, что у каждой хозяйки собственный рецепт.
Затем настало время горячего. Я вынесла запечённую свинину, которую мариновала почти целый день. Раиса Петровна отрезала крошечный кусочек, долго его пережёвывала, а потом неодобрительно покачала головой.
— Нужно было достать мясо из духовки немного раньше. Оно жестковато и суховато. Ты ведь знаешь, что Сергей с детства такого не любит. Ничего, молодым хозяйкам ещё многому предстоит научиться. В твоём возрасте я уже подавала блюда, после которых гости обязательно просили добавки.
Над столом повисло неловкое молчание. Я посмотрела на мужа, надеясь, что хотя бы сейчас он поблагодарит меня или остановит мать.
— Мам, перестань, — лениво произнёс Сергей. — В целом всё нормально. Возможно, Лена действительно немного передержала мясо.
Его слова подействовали больнее пощёчины. Вместо простой благодарности за мои старания я услышала, что муж фактически согласен со всеми замечаниями родственниц.
Ирина немедленно решила продолжить.
— Лена, тебе пора больше времени уделять собственной внешности. Ты выглядишь такой уставшей: лицо бледное, под глазами тёмные круги. Сергей у нас мужчина привлекательный, а ты рядом с ним кажешься совершенно измотанной. Нужно следить за собой, ведь сейчас вокруг столько конкуренток.
Свекровь и золовка рассмеялись, словно Ирина рассказала невероятно удачную шутку.
В этот момент внутри меня что-то окончательно оборвалось.
Я медленно поставила блюдо на стол, развязала фартук и аккуратно положила его на колени Раисе Петровне.
— Раз вы знаете, как всё делать правильно, — совершенно спокойно произнесла я, — можете до конца вечера сами побыть хозяйками.
Внутреннее напряжение, которое я сдерживала весь день, прорвалось. Я снова взяла блюдо со свининой — неторопливо, без криков и громкой истерики.
А затем вытряхнула его содержимое сначала на свекровь, а потом на золовку.
Остывший соус потёк по их волосам и праздничным нарядам. В комнате наступила такая тишина, что, казалось, можно было услышать дыхание каждого гостя. Ещё несколько секунд назад родственницы безнаказанно критиковали меня и мою еду, а теперь потрясённо сидели, не веря в происходящее.
Я вытерла ладони кухонным полотенцем и всё тем же спокойным голосом сказала:
— Если приготовленное мной мясо настолько плохое, можете заказать доставку. Только оплачивать её будет тот, кого не устраивает мой ужин.
Раиса Петровна вскочила и принялась кричать, называя меня неуравновешенной и неблагодарной. Ирина возмущалась, что я испортила праздник и уничтожила её дорогое платье. Остальные гости испуганно отодвигались от стола. Сергей побледнел и растерянно переводил взгляд с матери на меня, не понимая, кого следует успокаивать первым.
Я не стала больше ничего объяснять.
Просто повернулась, прошла в спальню и заперла дверь изнутри.
Сидя в тишине, я слышала громкие голоса в коридоре, хлопанье входной двери и тяжёлые шаги. Постепенно шум стих. Родственники разошлись.
И тогда я окончательно поняла одну простую вещь: больше никто не устроит подобный «семейный праздник» за счёт моих сил, времени и самоуважения.