— Это же…
— Да, — прошептала я. — Оно.
Ширли медленно прошла через зал.
Она явно наслаждалась тем, что на неё обращают внимание.
Наконец подошла к нам.
— Красивое платье, правда?
Я смотрела на неё и не могла найти слов.
— Откуда оно у тебя?
— А какая разница?
— Ты скопировала платье, которое мама сшила для меня.
Её улыбка стала шире.
— Твоя мама нигде не написала, что такой фасон разрешено носить только тебе.
К глазам мгновенно подступили слёзы.
— Ты сделала это специально.
— Конечно.
Она даже не попыталась отрицать.
— Я хотела, чтобы ты наконец поняла: одна вещь не делает тебя особенной.
Я посмотрела в сторону отца.
Он стоял возле стола вместе с другими родителями.
— Папа…
Он поднял глаза.
Увидел нас.
И почти сразу отвернулся.
— Только не устраивай сцену, — тихо сказал он.
Эти слова оказались больнее всего остального.
Ширли приблизилась ко мне.
— Теперь понимаешь? Ты не единственная женщина в этой семье, которая умеет выглядеть красиво.
Я больше не выдержала и направилась к выходу.
— Эй, — окликнул меня Гэри.
Я остановилась.
— Не уходи.
— Я не могу здесь оставаться.
Он посмотрел на Ширли.
Потом на сцену.
— Можешь.
— Каким образом?
Гэри вдруг улыбнулся.
— Просто поверь мне.
— Гэри, что ты задумал?
Он ничего не ответил.
Через несколько секунд подошёл к организатору выпускного, быстро что-то ему объяснил и взял микрофон.
Музыка стихла.
Почти весь зал повернулся к сцене.
Гэри посмотрел прямо на Ширли.
— Простите, миссис Ширли. Не могли бы вы подняться к нам?
Она удивлённо подняла брови.
— Я?
— Именно вы.
По залу прошёл шёпот.
Ширли расправила плечи и довольно улыбнулась.
Она явно решила, что сейчас получит ещё одну порцию внимания.
Она поднялась на сцену.
Гэри передал ей микрофон.
— Сегодня мы решили вручить специальную награду самому элегантному родителю.
Ширли довольно посмотрела на собравшихся.
Но затем Гэри добавил:
— Однако прежде чем назвать победителя, я хочу показать кое-что интересное.
На экране позади сцены появился первый снимок.
Улыбка Ширли мгновенно исчезла.
В зале воцарилась тишина.
Потом появился второй снимок.
Затем третий.
Ширли заметно побледнела.
— Откуда у тебя это?.. — прошептала она.
Гэри ничего не ответил.
Просто включил следующую фотографию.
И именно тогда Ширли поняла, что её тщательно продуманный план начал рушиться прямо у неё на глазах.
Глава 3. Всё оказалось на большом экране
На экране появилась фотография.
Я сразу узнала комнату.
Мою.
Снимок был сделан несколько месяцев назад.
На кровати стояла коробка с маминым платьем.
А рядом находилась Ширли.
По залу прошёл удивлённый шёпот.
— Это что? — громко спросил кто-то из учеников.
Ширли резко повернулась к Гэри.
— Немедленно выключи это!
Он ответил совершенно спокойно:
— Зачем? Здесь нет ничего секретного.
— Ты не имеешь права!
— Возможно, — сказал Гэри. — Но думаю, всем интересно узнать, каким образом платье вашей падчерицы оказалось практически полностью скопировано для вас.
Я стояла неподвижно, почти не дыша.
Следующая фотография крупным планом показывала коробку.
Потом — снимок самого платья.
А следом появилась фотография Ширли в ателье.
Я прикрыла рот ладонью.
— Гэри… Откуда у тебя эти снимки?
Он посмотрел на меня.
— Я вообще не собирался вмешиваться. Но вчера случайно узнал кое-что, после чего не смог оставить всё как есть.
Ширли побледнела ещё сильнее.
— Ты за мной следил?
— Нет.
Гэри достал телефон.
— Эти фотографии прислал мой двоюродный брат. Он фотограф. Несколько месяцев назад одна знакомая попросила его снять готовое платье для портфолио. Ему сказали, что это копия семейной вещи.
В зале стало ещё тише.
Гэри продолжил:
— Он не знал, зачем делали эту копию. Но вчера, когда увидел вас в этом платье, сразу понял, о какой вещи идёт речь.
Ширли крепче сжала микрофон.
— Это вообще ничего не доказывает.
— Тогда объясните, почему именно вы присутствуете на фотографиях из ателье.
На экране появился ещё один кадр.
Ширли стояла возле портного.
В руках она держала фотографию маминого платья.
У меня внутри всё оборвалось.
— Ты его фотографировала…
Ширли посмотрела на меня.
— Да.
Она сказала это настолько спокойно, что мне стало ещё страшнее.
— Зачем?
Ширли молчала.
И тогда отец наконец поднялся.
— Ширли, что происходит?
Она повернулась к нему.
— Ты что, не понимал?
— Чего именно?
— Ты сам постоянно говорил, что она слишком похожа на мать.
Отец нахмурился.
— И что из этого?
Ширли горько усмехнулась.
— А то, что я устала каждый день смотреть на её лицо и ощущать, будто твоя первая жена до сих пор живёт в этом доме.
По залу прокатился тяжёлый вздох.
Я почувствовала, как по щекам снова потекли слёзы.
— Поэтому ты убирала её фотографии? — спросила я.