Галина оказалась довольно симпатичной, почти такой же красивой, как мама, но характер у неё действительно оказался непростым. Впрочем, папе с такой женщиной было даже легче – можно было просто молчать, кивать и особо не сопротивляться. Верочке Галина поначалу совсем не нравилась, но видеть грустного отца ей тоже не хотелось, поэтому девочка не возражала, когда Галина однажды появилась у них с двумя большими сумками и твёрдым намерением «навести здесь порядок». Она выбросила оставшиеся мамины вещи (Верочка потом тайком достала из мусора любимую мамину кофточку), передвинула мебель и велела Сергею купить новую скатерть.
– С этого дня здесь будет порядок и чистота, – торжественно заявила она.
Сергей лишь послушно кивнул. Он был даже доволен, что кто-то наконец взял домашние хлопоты в свои руки, зато Верочка продолжала настороженно наблюдать за Галиной, особенно потому, что та сразу принялась за её воспитание:
– Волосы будем отращивать, платья начнёшь надевать, а то постоянно в джинсах ходишь, словно мальчишка!
Но когда Галина попыталась заставить Верочку помыть полы, объяснив, что девочке пора «привыкать к порядку», та впервые резко ей ответила:
– Вы мне вообще не мама!
– А ты мне вовсе не дочь! – таким же тоном парировала Галина. – И я тоже не обязана за тобой полы намывать.
Постепенно в доме появились новые правила. Большинство из них Верочку раздражало, однако были и приятные перемены: например, Галина купила ей хорошую мазь от прыщей, и спустя три месяца кожа девочки практически полностью очистилась. Кроме того, папа перестал выпивать – зарплату Галина сразу забирала себе и тратить деньги на всякие глупости ему категорически запрещала.
– Может, ты уже разведёшься со своей красавицей и наконец на мне женишься? – как-то спросила Галина.
Верочка даже не подозревала, что родители до сих пор официально оставались мужем и женой. Но папа объяснил:
– Боюсь, что через суд она заберёт Верочку. Да ещё и квартиру потребует. Поэтому пусть пока всё остаётся как есть.
Галина из-за этого обижалась, и Верочка её прекрасно понимала: сама она тоже не захотела бы жить с мужчиной, не будучи его законной женой.
Из больницы папе позвонили глубокой ночью. Верочка крепко спала и ничего не услышала, поэтому обо всём узнала только утром. Папа вместе с Галиной усадили её на диван и стояли перед ней с такими серьёзными лицами, словно только что вернулись с родительского собрания. Наконец отец произнёс:
– Мама попала в автомобильную аварию.
Верочка ничего не сказала.
– Она погибла.
Внутри словно появилась огромная пустота.
– У неё остался сын. Ему всего два месяца.
Верочка всегда мечтала о младшем братике или сестрёнке, но мама неизменно говорила, что второй раз ни за что не согласится пройти через подобное. Выходило, всё-таки согласилась.
– Поскольку официально мы с ней так и не развелись, по документам выходит, что ребёнок мой, – продолжил папа.
– А на самом деле? – едва слышно спросила Верочка.
Отец промолчал. Впрочем, ответ был понятен и без слов.
Позже Верочка узнала, что тренер Миша тоже находился в той машине. Ни он, ни мама не были пристёгнуты, а малыша спасло детское автокресло. Несколько дней Верочка почти непрерывно плакала и в школу не ходила. Папа с Галиной постоянно о чём-то тихо разговаривали, временами их разговоры становились похожи на ссоры. Наконец Галина твёрдо сказала:
– Мальчика нужно забрать к нам.
– Но ведь он не мой ребёнок! – возмущённо закричал папа.
– Зато он её родной брат, – спокойно ответила Галина.
Верочка, которая хотя и привыкла к присутствию Галины в их доме, всё это время в глубине души считала её той самой злой мачехой из сказок. Но, услышав эти слова, девочка неожиданно бросилась к Галине, крепко обняла её и воскликнула:
– Ты самая лучшая!
Галина заметно смутилась, а папа отвёл взгляд в сторону.
– Ладно, – наконец произнёс он. – Вот и попробуй вас, женщин, понять.
Малыш оказался совсем крошечным, с нежными розовыми пяточками. Верочка полюбила братика сразу же, с первого взгляда. Галина, возможно, не настолько быстро, зато ухаживала за ребёнком внимательно и со всей ответственностью. А папа… Папа долго старался лишний раз не смотреть на мальчика, но однажды малыш сделал свой первый самостоятельный шаг, тут же плюхнулся на пол и неожиданно низким голосом загудел, протягивая к папе маленькие ручки. Тогда отец наконец растаял, наклонился к нему и сказал:
– Иди ко мне, сынок. Теперь всё обязательно будет хорошо!