Таня медленно приподнялась. В ушах зазвенело. Всё вдруг соединилось в страшную картину: лихорадочный блеск его глаз, поспешное прощание и конверт, который лежал сейчас на комоде, словно обвинительный приговор. Он украл. Ради неё украл.
Тане пришлось рассказать всё Маринке и попросить помочь связаться с настоящим хозяином квартиры. Это оказалось легче, чем она думала: его контакты были указаны в договоре, нужно было лишь обратиться в контору. Мужчина по имени Глеб Борисович выслушал по телефону её сбивчивый рассказ, не проявил ни удивления, ни злости и предложил встретиться в той самой квартире.
Он совсем не походил на человека, которого она себе представляла. Около пятидесяти лет, подтянутый, в обычной футболке, с внимательными умными глазами. Он молча выслушал Таню. Всю её историю, с самого начала: о Наташе и Витьке, о первой встрече с Артёмом, об игре, которая неожиданно превратилась в любовь, и о несчастном конверте. Она говорила, не поднимая глаз, и крепко держала в руках деньги.
— Он не виноват. Он из-за меня это сделал.
Таня протянула конверт. Глеб Борисович принял его и положил на стол.
— Знаете, я много чего в жизни видел, — задумчиво произнёс он. — Но чтобы деньги воровали ради больного ребёнка, болезни которого не существует… Даже для моего циничного сердца это чересчур.
Он прошёлся по кабинету и остановился у окна.
— Вы правильно сделали, что вернули деньги. Многие на вашем месте просто бы сбежали. А вы пришли и рассказали правду. Я вам за это благодарен.
Он обернулся к Тане.
— Я не буду добиваться суда над ним. Но работать у меня он больше не будет. Можете идти.
Таня поблагодарила Глеба Борисовича и отправилась домой — ждать, когда Артёма отпустят.
На следующий день он вышел на свободу. Бледный, измученный, Артём остановился у ворот и увидел Таню. Она ждала его. Он не произнёс ни слова, просто подошёл и обнял её, уткнувшись лицом в волосы. И Таня почувствовала, что он плачет.
— Прости меня, — хрипло прошептал он. — Я всё испортил.
— Нет, — ответила она. — Ты всё исправил.
И рассказала ему о сестре, о том, что Витя теперь в детском доме. Зато никакой почечной недостаточности у него нет.
— Давай заберём его к себе? — тихо предложил Артём.
Таня расплакалась. С самой вчерашней встречи с соседкой она думала об этом, но не надеялась, что Артём так легко согласится.
— Кажется, я тебя люблю, — призналась Таня.
— И я тебя, — ответил он и поцеловал её.
Они шли по улице молча, держась за руки и не зная, куда именно направляются. Теперь они больше не были жертвой и обманщиком, мстительницей и вором. Они были двумя людьми, которые прошли через ложь и отчаяние и всё же сумели найти друг друга. И пока этого было достаточно.