И советы «отойти в сторону» иногда звучат издевательски – вы бы и рады отойти в сторону, но шаг влево, шаг вправо – это попытка к бегству, после которой токсический персонаж имеет право стрелять на поражение. И, как выясняется, в прошлом он многих «застрелил»: испортил деловую и личную репутацию, довел до невроза и депрессии, годами следил и преследовал – токсические люди необычайно мстительны, и вы теперь – беглый раб, которого ловят для того, чтобы подвергнуть жесткому наказанию.
И люди послабее идут на поводу у токсического рабовладельца, полагая, что лучше уступить. Преодолевая тошноту, поговорить, выслушать, поддержать, пообещать, повосторгаться достижениями… — и все.
Психологическое рабство может длиться всю жизнь, искажая жизнь и психику жертвы. Рвать надо сразу, хотя это не так просто – клещ впивается изо всех сил. Единственный способ – лишить его кислорода, тогда хватка ослабнет.
Для начала надо избавиться от чувства вины, которое успешно прививает вам токсический человек. Чувство вины ничего общего не имеет с совестью:
- совесть регулирует человеческие отношения в соответствии с нормами морали;
- чувство вины связано с конкретным человеком, чьи интересы вы якобы ущемили.
Недаром «виной» раньше назывался размер денежного штрафа, скажем, за убийство – убил, признал «вину», заплатил «вину» — две серебряных гривны. Цены вины были вполне приемлемыми, могли и сдачу отсчитать или разрешить еще что-нибудь подешевле сотворить…
Поэтому нарциссу так важно заставить вас принять вину и платить, платить, платить.
Ничего с ним без вас не случится, прекрасно он или она без вас обойдутся – токсические люди с детства с легкостью находят новых жертв, как комары или пиявки. И наивно думать, что бедный комар или паук умрет с голоду, если вы не дадите ему напиться крови; эти существа отлично функционируют и находят пищу. В мире так много добрых и доверчивых людей!
А вот о себе стоит побеспокоиться; нарцисс беспощаден к тем, кто его бросает, умаляя этим его грандиозное «я». Но чем раньше вы прекратите общение, тем лучше.
По опыту могу сказать, что самые простые и искренние слова могут оказаться самыми действенными; надо стать ребенком. Ребенок целостен, защищен этой целостностью; его еще может «тошнить» эмоционально; и ребенок искренне может сказать: «Мне плохо. Меня тошнит почему-то и голова болит. С вами что-то не так. Я не могу объяснить, но мне нехорошо после общения с вами, не знаю, что со мной»…
Действительно, возразить нечего; токсический человек может всем манипулировать и всего добиваться угрозами, шантажом, давлением на жалость – но что скажешь после простых и искренних слов – «я после того, как с вами поговорю, очень плохо себя чувствую!».
Конечно, будут слова вроде «а обо мне вы подумали? Мне-то каково остаться один на один со своими проблемами!», — но больше сказать упырю нечего.
Позиция ребенка в данном случае непоколебима, если избежать дискуссии и обсуждения, в которых вас в два счета убедят, что вам совсем не плохо! Наоборот, хорошо! А если плохо – полежите пять минут, и все пройдет!
Тут есть одна тонкость – нарцисс страшно боится за себя. На вас ему совершенно наплевать, естественно. Но вот не связано ли ухудшение вашего самочувствия с угрозой для самого токсичного человека? Вдруг с ним что-то плохое, угрожающее происходит? А вы – этакий маркер, градусник или тонометр, который указывает на неблагополучие? Страх за себя может заставить токсического нарцисса оставить вас в покое и поискать новую жертву, полную свежей энергии.
Этот метод «детской непосредственности» для отпугивания токсического нарцисса работает, конечно, только в том случае, если речь идет о постороннем человеке. И то – только на ранней стадии, пока вы не увязли в патологических и разрушительных отношениях. Токсичный человек очень быстро разрушает психологические защиты и границы личности, претендует на роль «единственного друга», «возлюбленного», «верного товарища», хотя вы совершенно не готовы были ему этот титул предложить – он его узурпировал без вашего согласия, «продавливая» вас потихоньку-помаленьку.
И отлично написал один психолог, хотя и странно, на первый взгляд – сегодня вы кефир согласитесь выпить на ночь по требованию нарцисса, а через месяц возьмете кредит в десять тысяч долларов для него.
Все начинается с первой уступки, с первого согласия, с первого разговора о проблемах нарцисса в неудобное для вас время… Это террорист, в ходе общения с которым может развиться «Стокгольмский синдром» — жертвы привыкали к агрессорам и даже начинали защищать их, такой вот парадокс. И требовалась длительная работа психолога, чтобы «отрезвить» бывшего заложника и снова начать отличать добро от зла, защищать свои личные границы от посягательств.
Сравнение с террористом вполне приемлемо; недаром один из советов для избежания рабства – не смотреть нарциссу в глаза, отводить взгляд. Точно такой же совет военные дают тем, кто стал заложником террористов – привлекать как можно меньше внимания и не смотреть в глаза агрессорам.