— У меня давно другая женщина. Я больше не собираюсь возвращаться домой, — холодно сообщил муж по телефону. Но ответ Вероники оказался настолько неожиданным, что он не нашёлся, что сказать.

— Вам обычный бинт или самофиксирующийся?

Вероника не сразу поняла, что фармацевт обращается именно к ней. Она стояла у кассы с корзинкой покупок. В ней уже лежали антисептик, упаковка пластырей, две пачки стерильных салфеток и специальный гель, который врач посоветовал Любови Андреевне использовать после лечебных процедур.

В аптеке стояла невыносимая духота, хотя на улице уже давно похолодало. За спиной кто-то надрывно кашлял, а возле соседней кассы пожилая женщина громко возмущалась ценами на выписанные ей препараты.

В кармане куртки неожиданно завибрировал телефон.

Вероника машинально достала его и посмотрела на экран.

Звонил Вадим.

Её муж.

За последние пять дней он позвонил всего дважды. Первый раз — поздно вечером, когда Вероника как раз разогревала ужин для его матери. Тогда Вадим пожаловался, что целый день провёл на строительной площадке, сильно замёрз и так устал, что буквально валится с ног.

Второй разговор оказался ещё короче. Муж торопливо рассказал о новой бригаде рабочих, проблемах с доставкой строительных материалов и заказчике, который названивал ему каждые полчаса.

Вероника не стала предъявлять претензий.

Она прекрасно знала, насколько изматывающей порой бывает работа мужа. Когда на стройке возникали серьёзные неприятности, Вадим иногда даже забывал вовремя поесть.

Оплатив покупки, женщина отошла от кассы, остановилась возле окна и ответила на звонок.

— Ну наконец-то объявился! Я уже подумала, что у вас там не только бетон, но и телефоны намертво замёрзли.

Обычно муж обязательно посмеялся бы над такой шуткой, а затем рассказал очередную историю о невыносимом начальстве или строительном беспорядке.

Но сейчас он молчал.

— Вероник, нам нужно поговорить.

Она машинально посмотрела на часы.

До следующей процедуры свекрови оставалось чуть больше часа. Нужно было успеть вернуться домой, помочь Любови Андреевне переодеться, вызвать такси и не забыть медицинскую папку с результатами обследований.

— Слушаю. Только предупреждаю: я сейчас в аптеке.

— Такие вопросы, конечно, лучше обсуждать лично.

— Ты ведь в другом городе. Как мы ещё можем поговорить?

Вадим опять замолчал.

И вдруг Вероника совершенно ясно почувствовала: речь пойдёт вовсе не о работе.

Она пока не понимала, что именно собирается сказать муж, но на часы больше не смотрела.

— Я сейчас вообще не на стройке, — наконец произнёс Вадим.

— В смысле?

— Никакого строительного объекта нет. И никогда не было.

Он произнёс это таким обыденным тоном, словно сообщал об отмене заказа или изменении рабочего расписания.

Вероника спокойно поставила пакет с лекарствами на широкий подоконник.

— Продолжай.

— Даже не знаю, как тебе всё правильно объяснить.

— Скажи как есть.

В трубке раздался тяжёлый вздох.

— У меня появилась другая женщина. Мы вместе уже несколько месяцев. Сейчас я живу у неё. И домой возвращаться не собираюсь.

Мимо Вероники прошёл мужчина с коробкой лекарств. Он толкнул плечом тяжёлую дверь, и в аптеку ворвался холодный уличный воздух.

Женщина продолжала смотреть на мокрые следы обуви возле входа.

Удивительно, но в тот момент она совершенно не думала о другой женщине, которую, как выяснится позже, звали Карина.

Не пыталась подсчитать, сколько именно месяцев продолжался их роман.

Не задавалась вопросом, где муж проводил вечера.

Первое, о чём она подумала: завтра Любовь Андреевна должна быть у врача к половине девятого.

Затем вспомнила о процедурах, назначенных на среду.

Следом пришло в голову, что свекрови нужно отдельно купить продукты: после операции врачи строго запретили ей жирную и острую пищу, а также несколько привычных блюд.

Потом вспомнилась минувшая ночь.

Любовь Андреевна поднялась, чтобы сходить в туалет, но внезапно почувствовала сильное головокружение. Вероника услышала шум, проснулась и помогла пожилой женщине вернуться в постель.

А Вадим, получается, в это самое время спокойно находился рядом со своей любовницей.

— Вероника? Ты меня слышишь? — обеспокоенно спросил он.

Она снова подняла пакет с лекарствами.

— Хорошо.

— Что значит «хорошо»?

— Я тебя поняла.

Судя по голосу, муж явно ожидал совершенно другой реакции.

Он поспешил продолжить:

— Я понимаю, что поступил ужасно. Не собираюсь оправдываться. Просто так получилось. Давно хотел тебе признаться, но никак не мог найти подходящий момент.

Веронике захотелось рассмеяться.

Подходящий момент!

Уже три месяца в их квартире восстанавливалась после сложной операции его мать. Всё это время жена вставала в шесть утра, чтобы успеть отвезти свекровь на лечение до начала рабочего дня.

Разумеется, время для признания было совершенно неподходящим.

Нужно было тщательно подобрать удобную минуту.

Но спорить Вероника не стала.

— Тогда приезжай и забирай свою мать.

Теперь молчание в трубке стало совершенно другим.

— Что?

Вероника вышла на улицу. Холодный ветер ударил ей в лицо, и она плотнее натянула капюшон.