Русскоязычные социальные сети уже несколько дней трясет после выхода статьи «Почему нельзя жениться на разведенке с прицепом» (то есть — на разведенной женщине с ребенком). Наш автор Василий Дубинин не выдержал накала сетевых страстей и рассказал нам, почему он, скорее всего, выберет в жены именно такую женщину. Мы, признаться, опасались, что это будет колонка о том, как удобно жить с женщиной, благодарной за то, что ее «взяли с ребенком», но оказалось, что дело совсем не в этом…
Наверняка все уже читали опус под названием «Почему нельзя жениться на разведенке с прицепом», поэтому пересказывать его я не буду. В целом все ясно из названия: «разведенка с прицепом» — это женщина с ребенком от первого брака или от предыдущих отношений. Женщина, на которой ни в коем случае нельзя жениться — мужское хрупкое «Я» такого не выдержит.
А я расскажу, почему я — молодой, симпатичный, в меру талантливый и неплохо зарабатывающий мужчина в самом расцвете сил, — скорее всего выберу в жены именно ее. «Разведенку с прицепом».
Она уже строила отношения
Большинство матерей, которые растят ребенка самостоятельно, когда-то были замужем или состояли в серьезных отношениях. Рожать «для себя» от донора спермы, случайного партнера или старинного друга решаются все же немногие. И это значит, что женщина с ребенком в принципе готова к серьезным отношениям. Она их хотела — и наверняка захочет снова, как только придет в себя после расставания. Она знает, что это такое — жить вместе, притираться друг к другу, идти на компромиссы и принимать недостатки партнера. Она готова к этим трудностям. Она знает, как это классно — жить вместе: заводить щенка бигля от титулованных родителей и находить на помойке плешивого котика, а потом одинаково любить обоих; знакомить друзей и надеяться, что они станут общими, семейными друзьями; придирчиво выбирать обои на кухню, спорить по поводу оттенка, а потом сдирать эту красоту, потому что она намертво провоняла подгоревшими пельменями.
Вот это простое мещанское счастье ей знакомо и ею уже однажды выбрано. Она к нему готова и, скорее всего, она его хочет. И попробуйте доказать мне, что это трудно — заводить отношения с женщиной, которая точно знает, чего хочет.
Она не хочет ребенка прямо сейчас
Просто потому, что он у нее уже есть. Она прошла всю игру и завершила самый сложный уровень: родила живого человека и он до сих пор жив. Сейчас модно говорить про некий загадочный «закрытый гештальт», но, по-моему, это просто бесценный жизненный опыт: она теперь знает, что это такое — быть матерью. Беременность и рождение ребенка — пройденный этап. И даже если она хочет еще детей, она не станет требовать их сию секунду. А это значит, что я могу спокойно подготовится к грядущему отцовству. Обдумать этот факт. Дозреть. И не чувствовать себя виноватым, поскольку не даю своей женщине того, чего она хочет — познать счастье (или несчастье, тут как повезет) материнства. Она уже все познала без меня.
Я могу узнать, кто такие дети
Зато мне предлагается познать счастье отцовства прямо сейчас, бесплатно без смс. В смысле — с готовеньким ребенком, за которого даже не нужно нести ответственность: безусловно ты, как взрослый, отвечаешь за ребенка, если согласился с ним жить, это факт. Но, с другой стороны, ты ему не отец. Это вовсе не значит, что к ребенку можно плохо относиться, игнорировать его потребности или самоустранятся от воспитания, заявив своей женщине что-то в духе «Твой ребенок — ты и мучайся». Это значит, что рядом с ребенком уже есть ответственный взрослый, который знает этого ребенка, как облупленного. И, если я принесу домой желтого медведя в красной майке, а ребенок вдруг устроит истерику, мне скажут «Васенька, ты купил отличного медведя, просто Петенька с полутора лет ненавидит мультик про Винни-Пуха и орет всякий раз, когда его видит». Может быть, про своего ребенка я бы знал это сам — но вряд ли: я слишком много работаю. А тут я, собственно, и не должен знать — пока мне не скажут.
И в этом вся прелесть: мне расскажут, покажут и объяснят. С собственным первенцем я бы, ясное дело, и сам все это понял рано или поздно. Но есть нюанс…
Я могу узнать, какой я отец
Признаюсь честно — я опасаюсь отцовства. Потому что отцовства в духе «Ребенок сыт, здоров, спит зубами к стенке — и ладно» я не понимаю, а к полноценному, вовлеченному отцовству все же не готов. Я боюсь младенцев и мне совершенно не стыдно в этом признаться: я из поколения мальчиков, которым еще не разрешали катать коляски, играть в куклы и нянчить младших братьев и сестер — это делали только девочки. Я, безусловно, соображу, как надеть на новорожденного подгузник, но не факт, что не вывихну ему при этом тазобедренный сустав. Но я хочу быть отцом, и верю, что у меня получится. И женщина с ребенком позволит мне попробовать себя в этой ипостаси. Нет, не потестить бета-версию перед рождением собственного «настоящего» ребенка, а попробовать стать отцом уже взрослому, разумному человеку, с которым можно договорится. Вряд ли это будет просто, но, по крайней мере, мне не придется угадывать, чего хочет эта орущая креветка. Потому что мой потенциальный приемный сын (или дочь) скорее всего, уже умеет говорить. А если ещеи нет — у меня будет отличная переводчица.